Так что массовость советского спорта была обеспечена. Но хотелось как можно быстрее себе и всему миру доказать, что у нас количество тоже рекордными темпами перерастает в качество. Как высказывался когда-то – смотрите выше – В. Н. Манцев, мы начали работать и с «пятьюдесятью сильнейшими в каждом виде», обеспечивать им, так сказать, зеленую улицу. На достижение высших результатов стали работать институты физкультуры, тренеры, химики, диетологи… Сами спортсмены, конечно же, уже не стояли за прилавками или у станков, но все еще значились продавцами и слесарями – это было мотивировано прежде всего интересами большой политики. А поскольку, как говорится, дурной пример заразителен, то и в «малых форматах», то есть, на первенство районов, городов, учебных заведений для побед и престижа стали заявлять профессионалов со стороны, шли на подделку возрастных категорий, выискивали средства для «поощрения» судей… Потому что о состоянии спортивных дел любого коллектива стали судить прежде всего по результатам, а не по массовости. Победа – любой ценой! А победителей, как известно, не судят.
То есть, понимаете, что произошло?
Физическое воспитание масс, физическая культура уступили свое место спорту.
И только-то вроде.
Многим может показаться, что речь вообще идет об одном и том же, слова же эти как синонимы, одно понятие вытекает из другого…
Так оно и должно быть. По сути, по идее.
Вспомним слова первого наркома здравоохранения РСФСР H. A. Семашко о том, что спорт главнейшее составляющее физической культуры, как в свою очередь физическая культура есть составляющая общей культуры населения. Повышение физической культуры, вовлечение масс в поход за здоровый образ жизни, и в связи с этим строительство дворцов спорта, стадионов, производство спортивного инвентаря и выпуск спортивной формы, фильмов, литературы, соответствующая работа со СМИ – это действительно государственная задача. Но вот дальше…
Привожу высказывание Кубертена, сделанное им еще в 1913 году и крайне редко цитируемое сейчас, вы, наверное, поймете, почему. Итак:
Другими словами, Кубертен век назад высказал предположение, что в некоторых условиях спорт может оказаться в полной зависимости от государства, будет существовать не по любительским законам, не по профессиональным, а по тем, которые им «спустят» сверху. И потому позволю привести еще одну цитату. Это уже не кубертеновские строки, а те, которые и вы наверняка не раз встречали в центральной печати или слышали по телевидению: «В наших спортивных делах совсем нетрудно навести хотя бы элементарный порядок и с договорными матчами, и с финансовыми злоупотреблениями высших чиновников от спорта, и с судейским произволом, – для этого лишь нужна политическая воля…»
Вот так и написано, черным по белому. Законы заработают, если будет на то политическая воля…
Но прервем минорную ноту и возвратимся в то время, когда в стране еще – и не только на бумаге – главенствующими словами в государственном органе, ответственном за физкультурное движение страны, были слова о физической культуре, а потом уже о спорте. То есть, всё было так, как говорил Семашко, как подсказывает логика. Так было с 1920 года во 1991 год (Высший Совет Физической Культуры…, Всесоюзный Комитет по делам физической культуры и спорта…, Госкомитет СССР по физической культуре и спорту… Потом это ушло. Физическая культура не вписалась в новые требования жизни и появилось Министерство спорта России, где развитие физической культуры и массового спорта осуществляется на уровне департамента наряду с бухгалтерским учетом, организацией бюджетного процесса, нормативно-правовыми актами…).