Флот Римской империи

Правовая проблема брака моряков осложняется тем, что, в то время как выдача дипломов служащим вспомогательных войск прекратилась, очевидно, в правление Коммода (180–192), солдаты преторианских и городских когорт, equites singulares, а также моряки итальянских флотов продолжали получать дипломы большую часть III столетия. В общем, предполагается, что эти люди все еще нуждались в грантах на получение гражданства или conubium, но, как именно они нуждались в той или иной льготе, обнаружить трудно. Принятое раньше толкование Constitutio Antoniniana (эдикт Каракаллы, или «Антонинов указ»), что Каракалла предоставил гражданство в 212 году только городским жителям империи, ставит вопрос о флоте, поскольку уроженцы Египта не получили бы гражданства, и раз они служили во флоте, то все еще добивались бы грантов, преду смотренных дипломами. Хотя этот вопрос определенно не решен, по крайней мере очевидно, что уроженцы Египта были включены в Constitutio. В целом же утверждения Диона и Ульпиана, будто грант Каракаллы распространялся в империи на всех, то есть на каждого свободного человека, проживавшего внутри ее в границах 212 года, видимо, справедливы.[327] Поскольку варвары, которые могли прийти в империю после этой даты, а также категории вольноотпущенников, которым предоставили только Junian Latinity по получении вольной (Junian латиняне, бывшие рабы, которые были освобождены неофициально и поэтому не получили римское гражданство вместе с их вольной. – Ред.), не замечены во флоте, то представляется маловероятным, что моряки нуждались в дипломах для получения гражданства. Во всяком случае, наличные морские дипломы были выданы лицам, служившим в Мизенуме и Атесте, однако оба они, должно быть, уже являлись гражданами.[328]

Поскольку жены моряков также были римскими гражданами после 212 года, то их браки, если они были узаконены Марком Аврелием или даже позднее Септимием Севером, разумеется, были conubium даже во время службы.[329] Это положение побудило самых последних исследователей данной проблемы выдвигать довод, что солдаты в преторианских когортах еще не могли по закону заключать браки после того, как Септимий Север предоставил брачные права всем солдатам в целом.[330] Пусть преторианские отряды Италии погружались в боевые условия не так основательно, как пограничные войска III столетия, тем не менее вызывает удивление, что те самые войска, которые стояли ближе всего к императорам, оказывались ограниченными в своих привилегиях.

Подлинное решение проблемы, видимо, состоит в том, что дипломы все еще выдавались служащим итальянских подразделений, и только им. И не потому, что в этих формированиях могли еще находиться перегрины или что их служащие не могли вступать в законный брак. Дипломы выдавались только как почетная награда, honoris causa, и как традиционное свидетельство нахождения на военной службе.[331] С увеличением налогов в III столетии и растущей тенденции посягательств различных ведомств на права римских граждан росло значение этого свидетельства. Хотя его обычные привилегии заменялись. И преторианцы, equites singulares, и моряки со всех уголков империи, селившиеся вдали от мест службы, явно нуждались в таких документах.

Помимо предоставления гражданства, являвшегося привилегией римского права, и выдачи conubium (права на законный брак) по диплому, ветераны флота, видимо, пользовались всеми правами, распространенными на ветеранов всех родов войск имперским эдиктом. Будучи еще триумвиром, Октавиан освободил ветеранов, как граждан «optimo iure optimaque lege» («в полном владении всеми правами и привилегиями по закону»), их родителей, детей и жен от tributa (налогов) и munera (общественных работ) или высокооплачиваемых должностей. В то же время они могли, не теряя своих льгот, занимать жреческие и другие посты по своему желанию. Запрещался постой в их домах войск на зиму.[332] В 88–89 годах Домициан подкрепил этот грант другим эдиктом в общих понятиях.[333] Ко времени Ульпиана (170–228), в начале III столетия, ветеранов обязали платить vectigalia (налоги) и выполнять onera solemnia (общественные обязанности), но они все еще освобождены от муниципальных постов. Конечно, ветераны могли вступать в похоронные объединения, но императоры тщательно следили за другими, потенциально опасными, организациями ветеранов.[334]