Флот Римской империи

В Риме и его окрестностях, вероятно, пользовались популярностью во II и III веках новые божества, раз их предпочитал императорский дом. Это справедливо по крайней мере для Юпитера Максима Долихена, древнего хеттского[308] божества, эллинизированного в Коммагене и распространившегося по римскому миру, особенно в правление Коммода и после него. Отряд кораблей Мизенского флота в 186 году почтил Юпитера Долихена в Остии, а моряк Мизенского флота, пребывавший на службе в Риме, посвятил ему мраморную подставку для скульптуры в своей гробнице на Эсквилинском холме.[309]

§ 3. Увольнение

Изучение эпитафий показывает, что большинство моряков не дождались окончания своего полного срока службы. Вероятно, в древности смертность была выше и морская жизнь вообще более опасна. Других моряков увольняли в то или иное время из-за непригодности или неудовлетворительной службы. Чрезвычайно большому числу моряков, отслуживших 25 лет, вероятно, давали missio causaria (увольнение со службы по болезни) на этом этапе, чтобы они не смогли получить дипломы.[310] Определенное число моряков, однако, успешно проходили службу в 26 лет и получали за это почетную отставку. Каждый год в один из дней префект флота, чья канцелярия вела учет всех записей, выдавал этим ветеранам honesta missio (документ о почетном увольнении), а затем отсылал список тех, которые были уволены таким образом, в Рим.[311] Здесь со времени правления Клавдия (р. в 10 до н. э., правил в 41–54, отравлен своей женой Агриппиной) до середины III века н. э. имперская канцелярия издавала для каждой группы таких ветеранов отдельный имперский указ, предоставляющий ветеранам определенные привилегии в выверенных формулировках и наименованием получателей гранта. Этот указ отлит в бронзе и установлен на Капитолии, после Домициана в храме Августа на Палатинском холме. Образцы грантов, вручавшихся каждому ветерану, – сегодня называемых дипломами, – отливались в бронзовых пластинах и отправлялись обратно префекту, который распределял их среди ветеранов. Для моряков это было важное мероприятие. Они оставались на действительной службе, пока вознаграждения, которые отчасти привлекали их служить во флоте, не получили зримое воплощение.[312]

Первой из присваиваемых привилегий по диплому было предоставление морякам, их детям и потомству римского гражданства.[313]

Это предоставление гражданства исходило из права республиканских магистратов награждать перегринов индивидуально за достойную службу. Для утверждения этого требовалось голосование народа, и Август в предоставлении гражданства наварху Селевку пользовался lex Munatia et Aemilia. В оправдание этого конкретного гранта он заметил, что Селевк преданно служил не только государству, но и самому себе и заслужил, таким образом, гражданство «как и должно тем, которые хорошо нам служат и успешны в военных действиях».[314] Хотя Август продолжал следовать этому принципу, выдавая различные гранты на гражданство солдатам, официальное утверждение того правила, что солдаты вспомогательных войск и моряки получают гражданство при увольнении, стало, видимо, делом Клавдия. Ибо первые дипломы датируются периодом его правления. Этот шаг, видимо, связан с его общей политикой поощрения распространения римского гражданства повсюду, где внедрение романской культуры могло служить оправданием. Предполагалось, что Клавдий намеревался посредством своей инновации рассеять римских граждан по всей империи, что могло бы послужить основой предоставления гражданства на других приобретаемых территориях.[315] К этому периоду нужда в утверждении закона наряду с другими правами людей исчезла, и император предоставлял гражданство без ссылок на авторитеты.

Вторая привилегия, о чем свидетельствуют все известные морские дипломы, заключалась в предоставлении conubium (права на заключение брака) с женами, которых имели моряки в то время, когда им предоставлялось гражданство. Если же они были холостыми, то это право предоставлялось в отношении тех женщин, которых они брали впоследствии в жены, за исключением тех случаев, когда conubium имелся в отношении первой жены.

Благодаря этой статье выгоды полного римского гражданства, или conubium, обычно доступные только двум римским гражданам, распространялись на ветерана. Даже если матерью была перегринка, дети моряка после увольнения становились полноправными римскими гражданами, беря имя отца. Но они исключались из такого института римской семьи, как patria potestas (власть римского домовладыки (отца семьи) над детьми, в число которых включаются и дети детей, то есть внуки, правнуки и т. д.).[316]