Многие потом утверждали, что Франсуа Равальяк был просто человеком, банально лишенным рассудка. А вот историк Андре Кастело считает так: «Подозрение, конечно, в первую очередь падает на Марию Медичи, которой очень хотелось поскорее короноваться, чтобы стать регентшей при малолетнем сыне Людовике и сохранить для него трон».[78]
По мнению историка Филиппа Эрланже, главным лицом в заговоре был герцог д’Эпернон, бывший фаворит Генриха III.
А вот уточнение этих двух версий: «В 1610 году судьи явно не имели особого желания докапываться до истины, а правительство Марии Медичи проявляло еще меньше склонности к проведению всестороннего расследования. Но уже тогда задавали вопрос: не приложили ли руку к устранению короля те, кому это было особенно выгодно? Через несколько лет выяснилось, что некая Жаклин д’Экоман, служившая у маркизы де Вернёй, фаворитки Генриха, <…> пыталась предупредить короля о готовившемся на него покушении. В его организации, помимо маркизы де Вернёй, по утверждению д’Экоман, участвовал также могущественный герцог д’Эпернон, мечтавший о первой роли в государстве».[79]
Как бы то ни было, Генрих IV был во всех отношениях одним из самых достойных королей среди всех, кто правил Францией. Он мало заботился о своих законных супругах, но при этом «этот человек представлял собой блестящий пример того, что самого наилучшего может дать гуманистическая культура эпохи Возрождения».[80]
Людовик XIII Справедливый
С детства будущий Людовик XIII Справедливый (Louis XIII le Juste) родился в Фонтенбло 27 сентября 1601 года и, по свидетельству современников, обнаружил массу дурных наклонностей, не свойственных ни его отцу, ни матери. Главными его недостатками, как считается, были душевная черствость и жестокосердие.
Людовик XIII, как все слабохарактерные люди, не отличался великодушием.
Удивительно, но в полтора года Людовик уже умел играть на лютне и петь. Этим он начал заниматься еще до того, как его внимание привлекли традиционные для детей того времени деревянная лошадка или волчок. В три года он начал учиться читать, а в четыре – умел писать. В семь лет все вдруг изменилось. Детские игры были оставлены, и началась бесконечная охота, стрельба и азартные игры. Многие историки отмечают, что, играя в дворцовом саду, маленький Людовик любил ловить бабочек, чтобы потом разрывать их на части, а у пойманных птиц он выщипывал перья или ломал крылья. Однажды Генрих IV застал сына за подобной «забавой» и собственноручно высек его.
Людовику было всего восемь лет, когда его отец пал от кинжала фанатика-католика Франсуа Равайяка. Дела правления перешли к матери, Марии Медичи, и ее фавориту, итальянцу Кончино Кончини, известному в истории под именем маршала д’Анкра. Став регентшей при несовершеннолетнем короле, Мария Медичи получила ненадежную, расколотую по разным направлениям страну, еле стоявшую на ногах под тяжестью трех главных проблем: религиозной напряженности, внешней угрозы и недовольства дворян.
Мария Медичи была женщиной «амбициозной и ощущала предназначение к великой судьбе, тем более что некоторые из ее окружения не прекращали напоминать ей об этом».[81]Она всегда презирала своего старшего сына и предпочитала его брата Гастона, практически не занималась юным королем и не дала ему почти ничего из того, за что дети обычно любят своих матерей. Именно поэтому, кстати, единственным человеком, близким Людовику, оставался в течение многих лет Шарль д’Альбер, герцог де Люинь.
Этот человек особенно угождал дофину своими глубокими познаниями в дрессировке собак и выучке соколов для охоты. В результате Людовик до того привязался к нему, что не мог отпустить от себя даже на минуту, и герцог, став коннетаблем Франции, то есть человеком, осуществлявшим верховный надзор над всеми королевскими войсками, начал играть одну из главнейших ролей при его дворе.
В 1614 году Людовик был объявлен совершеннолетним, но и после этого реальная власть осталась в руках Марии Медичи и ее министра-фаворита. И тогда король, не зная как ему избавиться от ненавистного маршала д’Анкра, решился, по совету герцога де Люиня, на его убийство. Исполнение задуманного поручили гвардейскому капитану Николя де л’Опиталю, маркизу де Витри. Утром 24 апреля 1617 года де Витри с несколькими сообщниками встретил фаворита во дворе Лувра и застрелил его в упор из пистолета.