Французская экспедиция в Египет 1798-1801 гг.: взаимное восприятие двух цивилизаций

Гораздо больший интерес для нас представляют этнографические характеристики населения Египта, его этнического и религиозного состава. Ни в том, ни в другом изданиях нет отдельной статьи, посвященной общей характеристике народов этой провинции Османской империи. Тем не менее то здесь, то там встречаются статьи и заметки об отдельных группах местного населения. Как правило, такие статьи были посвящены какому-либо региону, и речь шла именно о его обитателях. Зачастую подобные тексты публиковались в сокращенном виде в Courrier de l'Égypte, а в полном объеме - в Décade Égyptienne.

Поскольку в изданиях не давалось изображение общей этнической картины Египта, то не было и четкого разграничения и определения понятий «египтянин», «араб» и «бедуин». В обоих изданиях публиковались подробные описания жизни отдельных кочевых племен, помимо них, упоминалось также о коптах, нубийцах и магрибинцах. Остановимся подробнее на описании французами некоторых из них.

Бедуины в статье Сулковского{397} в Décade Égyptienne описываются как «преобладающая каста этой страны»{398}, которая живет на окраинах деревень и предпочитает пустыни. Однако автор говорит именно о тех племенах, что живут в восточной части Дельты. По мнению Сулковского, «эти арабы» производят впечатление наиболее богатых из всех, что он видел в Египте, поскольку, помимо того, что они занимаются сопровождением караванов, они еще и промышляют грабежом. Достаток этих бедуинов, по мнению Сулковского, влияет на их мораль: «Они поддерживают отношения с мамлюками и заботятся о жителях, прибегают к насилию, только когда коварства оказывается недостаточно, и не считают зазорным спасаться от опасности бегством»{399}. Эта трусость, как он пишет, поразила французов, ведь бедуины Рашида проявляли смелость в боях с французами.

В № 21 Courrier de l'Égypte от 25 фримера VII года (15 декабря 1798 г.) также упоминается о бедуинах провинции Бухейра на западе Дельты как о грабителях и людях вероломных, поскольку они нарушили мир, недавно заключенный с французами. В № 8 от 6 вандемьера VII года (27 сентября 1798 г.) сообщается, что одной из задач, стоящих перед французами, является избавление земледельцев Египта от постоянной угрозы ограбления арабами-кочевниками.

В Décade Égyptienne генерал А. Ф. Андреосси{400}, описывая племена, обитающие в Вади-Натрун - впадине на западе Дельты, проводит различие между арабами кочевыми и оседлыми. Первых, пишет он, называют «арабами шатров» (Arabes des tentes), вторых - «арабами стен» (Arabes des murailles). Последние, по его мнению, «являются бывшими кочевыми арабами, которые, придя в земледельческие области, сначала поселились в шатрах и понемногу стали учиться строить такие же жилища, какими пользуются феллахи в Египте»{401}. Не только племена кочевых арабов отличались между собой, но и земледельческие тоже. Так, Сулковский отмечает, что живущие в провинции Шаркия феллахи не так угнетены, как те, что живут по берегам Нила, поскольку первые находятся вдалеке от своих тиранов - мамлюков, и потому их хозяйство процветает{402}.

Мамлюки в обоих изданиях характеризуются как деспоты и тираны, которые любят лишь роскошь и мешают развитию Египта. В № 3 Courrier de l'Égypte от 20 фрюктидора VI года (6 сентября 1798 г.) говорится, что мамлюкам Ибрагим-бея, привыкшим жить, ни в чем не нуждаясь, а теперь скрывающимся от французов, трудно вести тот образ жизни, что ведут арабы. В № 9 от 10 вандемьера VII года (11 октября 1798 г.) упоминается о том, что мамлюки распускают слухи, будто бы французы едят людей, чтобы настроить население против иноземцев. Через все материалы газеты красной нитью проходит мысль, что при мамлюках местному населению жилось очень плохо, а французы обеспечили ему безопасность и стремятся к процветанию Египта. Образ мамлюков носил исключительно негативный характер и также использовался в целях пропаганды.