Читаем Фрунзик Мкртчян. «Я так думаю…» полностью

Зорий Балаян:

Мгер Мкртчян поставил «На дне». Силами молодежи. О спектакле много говорили. Спорили. Режиссер попытался рассказать о том, что духовная бедность еще страшнее материальной.

Попытался прочитать Горького глазами и сердцем современника, обеспокоенного уже новыми проблемами. Сердцем человека, который на опыте собственной судьбы осознал, что испытание сытостью труднее переносить, чем испытание нищетой.

Я спросил Мгера: «Каждый ли артист может стать режиссером?» Вопрос его ничуть не удивил. Да и не ахти какой умный вопрос. Просто я знаю, что нынче об этом много говорят. Мол, чуть ли не все актеры, заработав популярность, непременно хотят ставить спектакль. Просто примеров стало много, а посему и тема стала нуждаться в разработке. Мгер ответил мне словами Бернарда Шоу: «Кто умеет делать, делает сам. Кто не умеет делать сам, тот учит других. Кто не умеет ни того, ни другого, учит, как надо учить». И добавил: «Вряд ли можно поставить спектакль, если ты не имеешь конкретной цели, своей сверхзадачи, если тебе нечего сказать и если ты “не умеешь”, как точно заметил незабвенный Бернард Шоу».


…Кто подолгу беседовал с Мгером Мкртчяном, не мог не заметить, что он всегда искал нужное слово, чтобы точнее выразить ту или иную мысль. Словно боялся, что его неправильно поймут и тогда произойдет самое страшное – ему не поверят. То есть будут сомневаться в его правде, в его истине. Боялся того, что из-за него пострадает сама истина, сама правда. Может, поэтому ему очень импонировало сакраментальное, по Станиславскому: «Не верю». Значит, ты не нашел точного мазка, точного жеста, точного слова, точной интонации. Значит, согрешил перед самим искусством. А это уже не просто страшно. Святотатство. Желание быть правдивым – это желание служить честности. Кажется, Сергей Бондарчук сказал, что если на экране появляется солдат, то у него в кармане должно быть всё то, что бывает у солдата. Скажем, у него в кармане непременно должна быть небольшая расческа, которая бывает у солдат. Перед зрителем он, может, не достанет расчески. Может, и руку не засунет в карман. Но расческа должна быть. Ибо он солдат, и надо, чтобы верили, что он солдат.

<p>Между реальностью и воображением</p>

Театр родился вместе с человеком. Обряды – свадьбы, праздники, похороны – это театр. Двор, улица, город, парламент – всего лишь театральные площадки. Любое внешнее проявление чувств – это спектакль.

Фрунзик Мкртчян
Перейти на страницу:

Все книги серии Имена (Деком)

Пристрастные рассказы
Пристрастные рассказы

Эта книга осуществила мечту Лили Брик об издании воспоминаний, которые она писала долгие годы, мало надеясь на публикацию.Прошло более тридцати лет с тех пор, как ушла из жизни та, о которой великий поэт писал — «кроме любви твоей, мне нету солнца», а имя Лили Брик по-прежнему привлекает к себе внимание. Публикаций, посвященных ей, немало. Но издательство ДЕКОМ было первым, выпустившим в 2005 году книгу самой Лили Юрьевны. В нее вошли воспоминания, дневники и письма Л. Ю. Б., а также не публиковавшиеся прежде рисунки и записки В. В. Маяковского из архивов Лили Брик и семьи Катанян. «Пристрастные рассказы» сразу вызвали большой интерес у читателей и критиков. Настоящее издание значительно отличается от предыдущего, в него включены новые главы и воспоминания, редакторские комментарии, а также новые иллюстрации.Предисловие и комментарии Якова Иосифовича Гройсмана. Составители — Я. И. Гройсман, И. Ю. Генс.

Лиля Юрьевна Брик

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Документальное
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже