Фрустрация, психологическая самозащита и характер. Том 1. Защитные психологические механизмы и их генезис

Доллард и его соавторы смогли перевести многие идеи психоанализа о фрустрации и агрессии на язык доминирующего в их дни бихевиоризма и развивать принципы и гипотезы этой области исследования. Это было крупным шагом в правильном направлении.

Б. Последующее развитие. — Теория Долларда и его соавторов, вместе с идеями фрейдизма, оказала значительное влияние на последующих исследователей фрустрации, хотя уровень этого влияния трудно оценить. Доллард и его соавторы почти не развивали свои концепции, поскольку во время Второй мировой войны их работа была прервана, а после войны у них появились другие интересы. Однако имеются исключения.

Кларк Халл (Clark L. Hull) развил свою теорию «стимул — ответ — подкрепление», в которой есть упоминание о теории фрустрации — агрессии[141].

Нил Миллер через некоторое время вернулся к одному аспекту теории — к вопросу перемещения (смещения), сформулировав его в терминах S — R теории[142]. С помощью экспериментов он показал, что крысы, обученные подвергать агрессии других крыс, генерализуют этот ответ, распространяя на другие стимулы (например, на куклу), но только в том случае, когда первый объект агрессии (крыса) отсутствует. Он связал это явление с концепцией Халла о генерализации стимула, что обычно рассматривается в качестве весьма умелой интеграции различных теоретических точек зрения. С точки зрения первоначального варианта теории фрустрации — агрессии, в данном случае имело место очень любопытное ее экспериментальное подтверждение. Агрессия была индуцирована у экспериментальных животных Миллера посредством специфической формы подкрепляемого обучения. Электрический удар подавался тогда, когда обе крысы находились в экспериментальной клетке вместе. Когда, совершая прыжки, одна из них нанесла удар по другой, как при драке, электрическая стимуляция была выключена. Очевидно, что крысы обучались нападать друг на друга, но какое отношение это имело к предположению, что появление агрессии всегда предполагает, что имела место фрустрация?

Вероятно, самым последовательным в использовании первоначальной теории фрустрации — агрессии был Роберт Сирс.

Значительное влияние эта теория оказала на социальную психологию[143]. Еще Доллард и соавторы писали, что экономическая депрессия и репрессивные формы правления могут поднимать одну группу людей против других. Так же думали многие другие социологи и социальные психологи.

В настоящее время преданных последователей эта теория уже не имеет, хотя то и дело появляются подтверждающие ее положения единичные эмпирические исследования.

Основные критические замечания в адрес теории Долларда и соавторов были резюмированы Йетсом, который сводил их к трем общим типам возражений: 1) существует ли такой унитарный аспект поведения, который может быть назван агрессией? 2) сходны ли все фрустрирующие ситуации? 3) не может ли агрессия появляться и по другим причинам, например как результат обучения и самоусиления. Эти замечания представляют интерес и требуют соответствующих исследований[144].

Гипотеза фрустрации — агрессии была выведена на основе данных повседневных наблюдений, анализа клинических историй, немногочисленных экспериментальных исследований, социологических изысканий и результатов антропологических полевых исследований. Наблюдения, накопленные в этих областях, позволяют думать, что поведение человека имеет общие характеристики, которые могут стать основой для объединения названных областей знания.

В. Неагрессивные тенденции фрустрированной личности. — Уже в первоначальном варианте теории фрустрации-агрессии есть моменты, которые показывают, что авторы чувствовали: человек отвечает на воздействие фрустраторов не только агрессией. Как мы помним, в теории утверждается, что появление агрессии всегда предполагает фрустрацию, и обратно, наличие фрустрации всегда приводит к той или иной форме агрессии.

В итоге дальнейших размышлений над этой формулой Миллер пришел к выводу, что первая ее часть правильна и полезна как рабочая гипотеза: агрессивное поведение человека всегда предполагает фрустрацию. Но вторая ее часть неправильна, поскольку она утверждает, будто фрустрация не может иметь иных последствий, кроме агрессии. Еще одно возражение второй части формулы состоит в том, что в ней не проводится различия между подстрекательством (instigation) к агрессии и актуальным появление агрессивных действий. Но здесь возникает такая проблема, на которую до сих пор, по-видимому, не было обращено внимания: как становится возможным подстрекать человека, почему он оказывается восприимчивым к таким внушениям? Если актуальная фрустрация отсутствует, то не должны ли мы искать причину в предыдущих фрустрациях, в общей фрустрированности личности? Это важный вопрос.