Марковиц прошел очень большой путь с 1952 г., когда была предложена теория выбора портфеля, в которой он описал процесс оптимизации соотношения риск/доходность и использования результата для конструирования диверсифицированного инвестиционного портфеля. Сегодня это уже не тот Гарри Марковиц, чьи взгляды легли в основу работы Билла Шарпа по взаимосвязи индивидуальных акций и рынка в целом – этапа на пути к однофакторной модели, а затем к модели оценки капитальных активов. Марковиц утратил веру в то, что он называет традиционными неоклассическими «моделями равновесия». Эти модели, по его словам, «исходят из нереалистичных, даже абсурдных, допущений относительно игроков. Они, например, могут заимствовать все, что захотят, по безрисковой ставке или непрерывно корректировать свои портфели. Было бы неплохо продумать системы, в которых действуют более узнаваемые экономические агенты»{78}.
Более того, во времена, когда мир изменяется так быстро, а рынки настолько динамичны, равновесие, лежащее в основе Фундаментальных Идей, либо не достигается, либо не может существовать достаточно продолжительное время.
У сегодняшнего Гарри Марковица нет определенной идеи о том, как «узнаваемые экономические агенты» реально принимают решения, даже несмотря на наличие четкого представления о том, как они
Марковиц полагает, что на эти вопросы нельзя получить ответы с помощью моделирования. Нельзя получить их и путем наблюдения за ценами и поиска причин, вызывающих ценовое движение. Как и Шарп, он стал финансовым инженером, который считает, что нужна лаборатория, позволяющая повернуть процесс вспять: вы начинаете с набора допущений относительно «узнаваемых экономических агентов», а затем смотрите, как ведут себя цены и меняется динамика, когда эти агенты начинают торговать на рынке. Потом вы меняете допущения и повторяете все снова столько раз, сколько пожелаете. Объединяя рациональных инвесторов с иррациональными и вводя набор дополнительных реалистичных допущений, Марковиц рассчитывает вывести из микросценариев поведение рынка в целом, включая реакцию на изменение регулирования.
С этой целью Марковиц сотрудничает с Брюсом Джейкобсом и Кеннетом Леви, партнерами одной из ведущих фирм по портфельному управлению, которые получили известность за свои количественные исследования. Марковиц, Джейкобс и Леви совместно создали компьютерную программу, названную ими JLMSim{79}. Инструмент, который они используют (программа асинхронного событийного моделирования), не так недружелюбен, как его название. Объяснить принцип действия программы проще, чем создать ее.
Моделирование – процесс генерирования возможных будущих исходов путем выборки случайных чисел из распределения с заданными параметрами. При асинхронном моделировании процессы изменяются случайным образом или через нерегулярные интервалы времени, что очень хорошо соответствует характеру фондовых рынков. Отдельно взятый рынок функционирует не круглые сутки, по крайней мере пока, и открыт не каждый день недели. Даже во время торговой сессии бывают моменты, когда с той или иной акцией ничего не происходит, а интервалы между сделками могут варьировать очень широко. Бывает также, что размещенный приказ инвестора исполняется не сразу, а тем временем осуществляется ряд сделок по приказам других инвесторов.
Компьютерная модель Марковица и его коллег открывает поразительные возможности для проведения сложных экспериментов. Прежде всего, она не является моделью рынка как такового, а представляет собой инструмент, позволяющий исследователям создавать модели рынка с произвольными входными параметрами. Инвесторы – не единственные действующие лица, которые служат входными параметрами. В число игроков входят также аналитики по ценным бумагам и статистики, портфельные менеджеры и трейдеры. Марковиц с коллегами устанавливают правила принятия решений для каждого игрока, например шаблоны из поведенческих финансов, частоту проведения сделок, зависимость инвесторов от трейдеров и статистиков. Модель также включает бланки приказов и индивидуальные ценные бумаги, которыми торгуют или включают в портфель.