Галопом к столбу

Пётр Александрович, дескать, привет передаёт и об

одолжении просит. Мне не откажут - я

позапрошлым летом им тоже кое в чём

посодействовал. Кстати, презент от меня им

вручишь - коньячок хороший. Все люди, Женя,

знаки внимания очень ценят.

- Хорошо, - сказал подполковник, доставая

записную книжку. - Как их зовут?

- Репортёр «Московского листка» Алексей

Лавровский. А второй, Малинин Сергей, помощник

присяжного поверенного.

Ширинкин был твёрдо убеждён, что каждый

должен заниматься своим делом: полицейские

ловить преступников, адвокаты защищать их в

судах, а репортёры развлекать публику рассказами

обо всём этом. Поэтому сразу решил - проку от

протеже генерала ждать не приходится. Но для виду,

придётся привлечь их к розыску. Знал он характер

11

своего начальника - в случае неудачи обязательно

припомнит, что его совету не последовал.

Черевин снова достал фляжку и надолго

присосался к ней:

- Пошли во дворец, а то государь вот-вот

работать закончит и меня спрашивать будет.… Да,

чуть было не забыл. Когда найдёшь пятёрку

Адвоката, то придут к тебе от великого князя Сер…

короче с самого верха. Попросят написать в рапорте,

что злодеи смогли свить гнездо в Первопрестольной

благодаря попустительству местных властей, что

виноват во всём князь Долгоруков… Так ты пошли

их куда подальше. Незачем нам с тобой в эти дрязги

втягиваться.

- Почему? Мне кажется, что Долгоруков в

Москве, действительно, засиделся.

- Вот в том-то и дело, что только кажется. К

Москве, Женя, особый подход нужен. Князь

Владимир Андреевич там на месте. А вот посадят

вместо него какого-нибудь…

Оборвав фразу, Черевин махнул рукой и ещё

раз приложился к фляжке.

Глава 2

Удалой

В тот декабрьский вечер коннозаводчик

Малютин приехал в Купеческий клуб на Большой

Дмитровке позже, чем обычно - с утра началась

метель, все улицы замело.

12

- Позвольте, Николай Павлович, снежок-с

стряхнуть, - угодливо устремился навстречу

швейцар, знавший, что на «чаевые» этот гость не

скупится.

- Народа много?

- Нет-с. Почти никого. Метель-с.

- А играют?

- Как всегда-с.

Ужин уже закончился. В столовой сидели

только известный гурман банкир Чижов и клубный

эконом Николай Агафоныч, увлечённо обсуждавшие

с поваром меню традиционного вторничного обеда

на который собираются почти все члены клуба. Да

ещё Миша Хлудов, миллионщик известный своими

чудачествами и скандалами на всю Москву, в

одиночестве пил свой любимый напиток - чай с

коньяком. Поздоровавшись с ними, Малютин

направился в дальнюю комнату, где играли в карты.

Карты были второй, после лошадей, страстью

Малютина. Именно из-за них он почти каждый

вечер посещал клуб. В других местах не играл -

опасался шулеров. А здесь собирались, как правило,

только люди проверенные, в честности которых

сомневаться не приходилось.

Николай Павлович окинул играющих

взглядом. Банк держал нефтепромышленник Сидор

Шибаев. Понтировали сын одного из «текстильных

королей» Дмитрий Ермаков, молодой чаеторговец

Расторгуев, председатель правления Московско-

13

Курской железной дороги Горбов и присяжный

поверенный Одинцов.

Шибаеву не везло. Груда сторублёвок и

золотых империалов, лежащая перед ним, таяла на

глазах.

- Не мой сегодня день, - проворчал он и

бросил карты. - Кто банковать будет, господа?

- Давайте я, - вызвался Ермаков.

К столу, широко зевая, подошел Хлудов:

- Ну и скука сегодня в клубе. Даже умным

словом перекинуться не с кем.

- А с Чижёвым? - ехидно улыбнулся Горбов,

недолюбливавший банкира. - Ведь это ума палата.

- По части разносолов. А я человек простой -

мартель солёным огурчиком закусываю. Не о чем

мне с этим обжорой толковать… Я лучше с вами

сыграю. Митя, сколько в банке?

- Две тысячи, Михаил Алексеевич, - ответил

Ермаков.

- На все.

Ермаков перетасовал колоду и стал метать -

карта направо, карта налево, направо, налево…

Бубновая дама, на которую поставил Хлудов. легла

направо.

- Бита.

- Вот и эта блондинка меня предала, - Хлудов

полез в карман за бумажником. - Чёрт! Дома забыл

или обронил где. Коля одолжи пару тысяч.

Игроки народ суеверный. Не любят они давать

в долг во время игры - удача может отвернуться. Но

14

Малютин в приметы не верил. Отсчитал двадцать

сторублёвок:

- Пожалуйста, Михаил Алексеевич.

- Благодарствую, выручил. Завтра верну.

Хлудов расплатился и вернулся в столовую

пить чай с коньяком. Впрочем, назвать этот напиток

чаем можно было весьма условно. Потому, что пил

его Миша по особенному. Отопьёт глоток - подольёт

из бутылки мартеля. Ещё глоток - и снова дольёт

доверху. И так пока бутылка не опустеет.

На следующее утро к Малютину явился модно

одетый молодой господин.

- Я секретарь Михаила Алексеевича Хлудова.

Позвольте выполнить поручение моего патрона и

вернуть вам долг, - заявил он и вручил конверт с