Газета Завтра 21 (1018 2013)

Если возьмём теорию мир-системы Иммануила Валлерстайна, там ясно описана эта модель, и в ней проглядываются перспективы, которые отведены России. Есть глобальный финансовый центр, который живёт за счёт производства денег - бумажных денег и фондовых виртуальных активов, которые растут сами по себе, вне зависимости ни от чего, засасывая для обеспечения роста всё новые и новые реальные производственные активы. Есть периферия, которая обеспечивает глобальный рост своим трудом. Это страны т.н. "третьего мира". А между ними находится полупериферия. Это то, что отчасти интегрировано в глобальную финансовую систему, а отчасти представляет собой некое промышленное продолжение стран "третьего мира" с элементами наличия технологий.

Какова судьба полупериферии, т.е. второго мира в концепции Валлерстайна?

Её элита, наиболее богатые люди, интегрированные в финансовую глобальную систему, в конце концов, окончательно сольётся с центром, а всё остальное пространство должно быть затоплено некими ордами обездоленных масс, которые движутся в пространство второго мира из третьего мира в виде дешёвой трудовой силы. По сути, мир должен в конечном итоге поляризоваться на центр, который будет производить деньги, и периферию, обеспечивающую своим трудом этот бесконечный рост.

Полупериферии места в этой мир-системе нет, т.е. она должна быть полностью уничтожена. Но именно в эту полупериферию и входят как Россия, так и страны бывшего советского лагеря. Т.е. нам уготовлены перспективы вычленения отсюда финансовой глобальной элиты и её слияние с глобальным центром, и затопление оставшегося пустого пространства ордами с юга, которые будут здесь трудиться на благо этой финансовой верхушки. Каким образом мы можем в принципе отвечать содержательно на этот вызов - на затопление России и её растворение в глобальной системе производства денег и всасывания последних наших производственных и сырьевых активов этим пожирающим всё монстром глобального турбокапитализма?

Для ответа на этот вопрос можем обратиться к теории автаркии больших пространств немецкого экономиста Фридриха Листа - т.е. полностью изолироваться от системы глобального финансового рынка. Нужно отказаться от финансовой глобализации в принципе - как явления. Потому как мы становимся здесь жертвами заклинания о том, что если вы не интегрированы в глобальную финансовую систему, значит, вы отсталые, значит, вы лохи, лузеры, которым надо как можно быстрее интегрироваться любой ценой, отдав всё, что у вас есть, - в это горнило финансовой глобализации. И тогда вы имеете шанс вскочить в этот мчащийся мимо нас в пропасть скоростной поезд, в этот состав глобальной экономики.

Но позвольте! Давайте всё-таки как-то встряхнёмся и здраво посмотрим на ситуацию. Мы пострадали от нынешнего глобального кризиса, но не так, как все остальные передовые экономически развитые страны и гиганты "большой восьмерки", только по той причине, что мы ещё недостаточно полноценно интегрировались в глобальную финансовую систему. И понесли наибольшие потери как раз там, где мы уже интегрировались в глобальную финансовую систему во всей полноте. Только благодаря тому, что мы отстаём с остатками нашей громоздкой промышленности, наследованной от сталинской империи, с её консервативным народом, с её традициями - вот этот багаж мы волочём за собой в этот поезд, не поспеваем, поезд уезжает без нас. И летит в тартарары глобального финансового кризиса, а мы стоим растерянно на перроне.

Второй момент: нужно сосредоточиться на создании собственной модели хозяйствования, т.е. своей евразийской, имперской философии хозяйствования, учитывающей все три уклада. Первый уклад - аграрный. Аграрная модель позволяет воспроизводиться большому русскому народу, потому как социологический закон гласит, что в условиях городской жизни население сокращается. Первое поколение горожан, перебравшихся из аграрной среды, рожает двух-трёх детей, второе поколение - двух, третье - одного, четвертое не рожает детей вообще. Город - это то, что пожирает народ, и то, что пополняется за счёт некоей воронки засасывания новых и новых приезжих. Но лишь в аграрной среде мы можем начать процесс возобновления большого народа.

Второй уклад хозяйствования - это индустриальный уклад, который обеспечивает нам независимость от производителей извне, благодаря которому мы становимся самодостаточными в плане производства материальных активов.

И третий, финансовый, постиндустриальный, уклад должен затрагивать лишь страны, входящие в большой евразийский цивилизационный блок, т.е. речь должна идти об автаркийном финансовом центре со своим собственным эмиссионным центром.