Газета Завтра 25 (1074 2014)

"Печеньки Госдепа", "автобусы ДЭЗа" - и то, и другое мне казалось одинаково противным, предательским. Рамки металлоискателей, в которые всякий раз прут митингующие, выхолащивали в моих глазах саму суть митинга как страстного и общенародного акта творения новой политической реальности - реальности без краёв, без нелепых границ, без регламентных "пяти минут на выступление".

А за Донбасс я пошёл. Не готовый отправляться добровольцем под Славянск, я пришёл на Суворовскую площадь, чтобы прийти хоть куда-то, чтобы удержаться в этом дивном пугающем мире, не соскользнуть в небытие.

Я знать не знал организаторов сегодняшнего действа. Я понятия не имел, кто "из наших" придёт ещё. В состоянии общего пессимизма я закрыл глаза на предсказуемо низкую явку. Мне отчего-то стало вдруг плевать на вечерние репортажи по ТВ, на фриков и провокаторов, на непременно дурацкую организацию акции и все прочие, такие обычные наши митинговые фобии.

Но главное, я решил пойти, потому что понял вдруг, что надежды нет. На государство нет надежды. Я очень чётко осознал, что в ситуации с Новороссией государство вдруг "споткнулось" и теперь ничего не сделает "само".

Моё государство, когда оно в духе, способно проворачивать фантастические вещи. Брать без единого выстрела Крым, например. Когда ему "прёт", никакой народ: с митингами, референдумами, "прямыми линиями от Камчатки до Калининграда", - государству моему не надобен. Лучше даже вообще без народа: всё устроить с пятьюстами Вежливыми Людьми. А мы, оставшись где-то в обозе, должны глядеть, разинув рот, как совершается История.

Но когда что-то идёт не так, и в высокие кабинеты заползает тяжёлый дым измены, всё опускается в какую-то чёрную яму. Немедленно возникает пустота. Пустота "безнародности". Государства нет, народа нет - есть только хаос, безвидность и пустота.

Поэтому-то я и пришёл к Суворову, печёнками своими поняв вдруг: если бы месяц или полмесяца назад на московские улицы высыпало три миллиона моих сограждан с одним-единственным лозунгом "Власть, спаси Новороссию!" - всё пошло бы по-другому.

Но война - вещь долгая. "Всё только начинается", - как любят говорить насмешники и герои. Кто знает: может, совсем скоро Москва увидит свои миллионы. Миллионы взрослых сосредоточенных граждан, собравшихся вместе, чтобы вместо утомлённой подвигами власти одним лишь своим явлением миру, спасти в Донецке и Славянске, Луганске и Краматорске таких же мужчин и женщин, как они.

Фото Виктора Новикова

Небо цвета триколор

Екатерина Ненашева

19 июня 2014 2

Политика Общество

Мы, русские, своих не сдаём!

На Суворовской площади развеваются сотни российских флагов. Среди них изредка показываются флаги Донецкой народной республики и Новороссии.

У ограды на входе - очередь. Почти каждый, пришедший на митинг в поддержку Донбасса, - с флагом или плакатом.

Рядом с входом расхаживает лысый мужик с красным лицом. Бочковатое пузо обтягивает яркая майка с украинским трезубцем. В руках мужик сжимает атласную черную ткань - судя по материалу - флаг. "Небось, Правый сектор", - кивает дядька в маленьких очках и клетчатой рубашке в сторону неуверенного провокатора. "А ну, пошел отсюда!" - кричит из толпы полная женщина в широкой белоснежной кофте и плакатом "Спасем Донбасс!" в руках. Тут же к "заединуукраинцу" подходят несколько полицейских и выводят смутившегося мужчину за ограду. Тот только и успевает выкрикнуть: "Что вы делаете? Я сейчас буду снимать!". Но все угрозы остаются незамеченными, и перед неудавшимся провокатором закрывают маленькую оградку при входе на Суворовскую площадь. "Вот так- то! - улыбается бабуля с глубокими морщинками в уголках плоских маленьких губ, - нечего тут! Такие глупости у нас тут больше не пройдут!"

В гуще толпы тесно - Суворовская площадь явно не рассчитана на такое количество людей. А собралось их на митинге тысячи, причем самых разных возрастов - вон на парапете стоит девчонка лет десяти со светлыми распущенными волосами в ярко-синем платье до колена - над собой она держит плакат: "Save Donbass people!". Все стремятся к сцене, откуда раздается лозунг: "Русский, вставай!" и эхом разливается в прозрачном вечернем воздухе. Люди жмутся, дышат друг другу в спину, наступают друг другу на ноги, извиняются и все выше и выше тянут массивные флаги, которые своей мягкой тканью укрывают головы всех тех, кто оказался рядом. "Помоги, дорогой, хочу выше стать!" На парапет забирается хрупкая бабушка в длинной ситцевой юбке и с темной косынкой на голове. В руках у нее плакат с надписью: "Донбасс будет жить!" Помогают бабуле двое молодых парней, аккуратно придерживая ее за плечи. Толпа гудит, многие беседуют друг с другом, изредка выглядывая вперед - далеко ли до сцены?

- Да всегда был геноцид. Недалеко от Гитлера ушли

- У меня другая ассоциация - Мазепа.

- Весь этот кошмар устроила кучка еврейских олигархов, сколько можно?!

- Да уж, сил больше терпеть нет. Чем это закончится? Что дальше-то будет?