Газета Завтра 26 (1178 2016)

Жене досталось особенно, он верующим был, всегда носил крестик на верёвочке, не променял его даже на самодельные жетончики образца 1995-96 г. Андрей Трусов, Игорь Яковлев, Саша Железнов рядом с Евгением остались верны воинской присяге, долгу солдатскому и покрестились все кровью. Им было по 19. Случилось это 23 мая, в день рождения сына. В случайности я не верю, просто жестокость Руслана Хайхороева и его боевиков, потрёпанных российскими войсками, не знала границ. И в присутствии ОБСЕ и группы по эксгумации он гордо рассказывал об этом, гордясь тем, что он, бригадный генерал Бамутского полка, ломает любого, кто не хочет подчиниться. Или убивает. И чтобы я не испытывала судьбу, не приходила больше к нему, иначе меня ждёт смерть. Они праздновали победу. Сорокалетние мужики, прошедшие до этого не одну войну, гордились победой над девятнадцатилетними мальчишками, присланными из Калининграда не воевать, а сохранять мир. Гордились победой они недолго, их давно нет в живых, и погибли они не как воины Аллаха, а во внутренних бандитских разборках. Но беды принесли много. Бамут до сих пор не восстановлен. Ребят держали в подвале разрушенного дома (жителей там не было давно), а убили на берегу реки Фортанга. Никогда не пойму, почему, отдав сына живым, здоровым и порядочным, сама долгих девять месяцев искала его по всей Чечне, подверглась побоям, унижениям и насилию. Благодарю Бога, что помог найти мне (а не комиссии по розыску) братскую могилу, вернуть им честные имена (чтобы не отвечать за свои оплошности, ребят назвали дезертирами). Потом извинились, когда я приехала. А если бы не приехала, так и остались бы парни с клеймом «дезертир»? И как, интересно, жили бы те, кто бросил их в беде? Жили, смотрели в глаза своим детям, получали награды, звания? Ребята указом президента награждены орденами Мужества.

Я не хотела получать орден от Ельцина, убийцы и алкаша. Но друзья Жени сказали, что это орден не мне, а сыну, надо получить. Орден тихо вручили, и благополучно забыли. Списали его, меня, всех матерей. Бог позволил своими руками выкопать останки сына и других ребят, перевезти домой, похоронить. А через пять дней похоронить рядом его отца, не пережившего смерть сына. Ему было 47 лет. И пошли годы. Один за другим. И, не выдержав боли, я рассказала правду, хотя бандитам поклялась молчать. Молчать о том, что заплачен выкуп (мной, лично, за заложенную квартиру), что тела лежали незакопанными две недели, и чтобы в глазах мировых СМИ выглядеть прилично, а не шакалами, был Масхадовым издан приказ– обезображенныетела не выдавать. Поэтому долго искала. Ждали, когда природа, время и земля скроют следы преступления, и со временем можно будет сказать, что погибли при бомбёжке «федералов».

Я просто не могла больше терпеть, когда их называли борцами за независимость, партизанами, войнами Аллаха. Хотя воевали они неплохо. Вышла статья в газете «Завтра». Многих зацепила.

Я ничего не хотела, кроме справедливости. Но кто-то затеял игру с канонизацией. Написали три бумажки, отослали в Патриархию – изажили своей жизнью, получив каждый по приличному приходу. А на амбразуру бросили меня. Кто мешал, когда в Чечне был полный беспредел, праздновали победу над Россией, не скрывая, а гордясь зверствами над беззащитными пленными, держа их в подвале сто дней и ночей, принуждая к покорности, – поехать, чтобы перепроверить информацию? Не поехали. Страшно. И на меня обрушился вал вопросов, требуя доказательств. И десятки молоденьких (и не очень) церковников, надевших рясы и возомнивших себя священниками пропиарились, обсуждая прежде всего меня – не то сказала, не так сказала, неправильно верит в Бога, а может, и не верит, она ведь коммунистка! Да, коммунистка. Да, советский человек, да, изучала моральный кодекс коммуниста. Но это не помешало Спасителю найти меня в горах, быть со мной всегда, помочь решить все проблемы. Если не осудил меня Господь, то кого мне бояться? Кстати, не помешало бы и сейчас нам моральный кодекс разработать. И всё бы ничего. Нет проблем с доказательствами. И если бы это не было правдой, информационно Женю и меня стерли бы в порошок. Но там-то знают, что это правда. И я знаю. И ещё с десяток человек знает. И, главное, знает Бог. Время рассудит, а пока Жене нужна тишина и молитва.

Но у меня, советского человека, свои принципы, идеалы. И я живу по ним, до сих пор храня партбилет, не отрекаясь от своего прошлого (я не Иуда), почему я должна кому-то что-то доказывать? Доказывать тем, кто не стал отпевать сына без денег? Кто сделал бы из этого очередное шоу или бизнес – проект очередной? Не могут и не должны люди определять святость того или иного. Моё глубокое убеждение: Богу – Богово. Никто не мешает чтить ребят как Героев. Они государственными наградами награждены. Надеюсь, ни у кого нет сомнений, что они мученики? Остальное – по вере Вашей и будет Вам.

Своего сына на потребу никому не отдам!!!