Газета Завтра 266 (1 1999)

Совсем иное дело – концерты, в которых участвует Виктор Третьяков. Еще Давид Федорович Ойстрах, комментируя его игру на III Международном конкурсе им. П.И. Чайковского в 1966 году, на котором он получил первую премию, отмечал «благородство эмоций и стилистическую чистоту» его исполнения. С тех пор талант В. Третьякова постоянно мужал и креп, но его эмоциональная чуткость, его сиюминутное, на ваших глазах совершающееся творчество, его взрывной темперамент и проникновенная нежность заставляют слушателя каждый раз страдать, любить, плакать, отчаиваться и надеяться вместе с ним. И каждое его исполнение даже многажды слышанного сочинения превращается в единичное произведение искусства, которое через катарсис очищает и возвышает душу. После игры Третьякова устаешь, но это – хорошая усталость. Поэтому можно понять, как стремились попасть любители музыки в тот декабрьский вечер последней недели старого года в овальный зал Музея послушать камерные сочинения Людвига ван Бетховена в исполнении Виктора Третьякова, Елизаветы Леонской (фортепиано) и Александра Князева (виолончель), где в I отделении игрались две сонаты для скрипки и фортепиано, а во II – трио си бемоль мажор № 7 для фортепиано, скрипки и виолончели.

Каждый раз, слушая игру какого-либо фортепьянного трио, невольно вспоминаешь очень давние уже впечатления от незабываемого исполнительского мастерства самого знаменитого в мире трио – Ойстраха, Оборина и Кнушевицкого, каждый из которых был блестящим солистом, но которые не менее запомнились своей ансамблевой игрой. В этот же вечер, слушая пение скрипки и виолончели в удивительном бетховенском Andante, подумалось, что наши два знаменитых струнника – Третьяков и Князев (последний по праву претендует сейчас на одно из первых среди виолончелистов мира место) — просто созданы для совместной игры, надо только подыскать подходящего им по мастерству, уму, музыкальному темпераменту и стилистической чистоте партнера-пианиста, и лучшего трио в мире не будет. Рискну даже назвать одного из кандидатов на это место, весьма молодого, но многообещающего и своими сольными выступлениями, и игрой в фортепьянном дуэте пианиста. Это – лауреат второй премии последнего Международного конкурса им. Чайковского Вадим Руденко. Создание такого постоянного трио было бы подарком любителям музыки во всем мире и, конечно же, у нас, в России.

Заметки о декабрьских вечерах 1998 года хочется закончить рассказом о впечатлении, произведенном игрой В. Третьякова в сонате № 5 фа мажор, известной под названием «Весенняя». Какой нежный у него Бетховен, и какой сдержанный, целомудренный! Слушая эту музыку, я вспомнила маленькое стихотворение Игоря Северянина, которое, как мне кажется, очень созвучно ей:

Мне удивительный

вчера приснился сон:

Я ехал с девушкой,

стихи читавшей Блока.

Лошадка тихо шла.

Шуршало колесо.

И слезы капали.

И вился русый локон…

И больше ничего

мой сон не содержал…

Но потрясенный им,

взволнованный глубоко,

Весь день я думаю,

встревоженно дрожа,

О странной девушке,

не позабывшей Блока…

На этом, на прихотливых извивах нашей памяти, на странной на первый взгляд связи мыслей о Пушкине, Блоке, Северянине с музыкой Бетховена и нашими талантливыми музыкантами-исполнителями мы и поставим точку.

Велокамеры 6 с доставкой оптом и в розницу - Астек-Авто

МАРШИ, ГИМНЫ, МОЛИТВЫ

Подборка уникальных записей, собранных по крупицам в Российских архивах звукозаписей и частных коллекциях.

В сборник включена единственная запись голоса самого Николая II (приветствующего парад войск).

Кассеты можно приобрести в фойе Центрального дома журналистов (Москва, Суворовский бульвар, 8а).