Газета Завтра 266 (1 1999)

А вот нам другое малость смешно — в книгу действительно включены все известные, по крайней мере нам, летовские интервью — за исключением трех. Во-первых, интервью газете “Правда”: “Егор Летов: “На Западе живых уже не осталось...” (19.04.95, тираж 210.000 экз.). Во-вторых, интервью газете “Советская Россия”: “Время выбора” (7.03.96, тираж 250.000 экз.). И в-третьих, интервью газете “Завтра”: “Егор Летов: Я буду дальше воевать!” (№26, май 1996 года, тираж 200.000 экз.). Причем ссылки на эти интервью в книге даются неоднократно.

Зря вы так, господа составители. Недальновидно. Не понимаете вы, что “коммунистический реванш”, в том числе и в рок-музыке, так же неизбежен, как восход солнца, — даже тухлый “забелдос” образца 1991 года Костя Кинчев, и тот записывает альбом под названием “Солнцеворот” (кстати, есть предложение Кинчеву — воровать у Летова не только названия альбомов, но и названия песен).

Подводя черту, скажу: несмотря на то, что составителями книги двигало только одно — желание заработать деньги или, как говорят “демократы”, “срубить бабки” на славе Летова, книга получилась полезная. И после того как, вооружившись ножницами, вырежете из нее всю “демшизовую” и “бэнээфовскую” заумную бредятину, чтение ее можно рекомендовать даже детям.

Дмитрий АГРАНОВСКИЙ

Елена Антонова ТАМ ПУШКИН, БЛОК И СЕВЕРЯНИН...

А нынче все умы в тумане,

Мораль на нас наводит сон,

Порок любезен…

Когда же, наконец, мы, зрелые взрослые люди, — политики разных рангов и масштабов, работники просвещения и культуры, воспитатели, учителя, просто родители, — осознаем нашу вину перед молодым поколением, перед нашим будущим за то, что вот так, впопыхах, не оглядываясь, не разбирая дороги, гоним на всех парах пусть в благополучную, но чуждую нам западную цивилизацию! Закусив удила, мы несемся вперед, теряя на ходу наши самобытные этику, культуру, неповторимый жизненный уклад и особый душевный настрой, доставшиеся нам с одной стороны по наследству от предков, с другой – приобретенные за советское время. Восемнадцатые «Декабрьские вечера Святослава Рихтера» в Музее изобразительных искусств, проходящие в этом году под знаком двухсотлетия Александра Сергеевича Пушкина и стосемидесятипятилетия выхода в свет его «свободного романа», ознаменованы интереснейшей выставкой «Евгений Онегин», подготовленной сотрудниками музея. С любовью и смыслом подобранные предметы быта и времяпрепровождения пушкинских времен, костюмы и украшения людей его круга, портреты друзей и современников Пушкина, а также художественные иллюстрации романа, выполненные в разное время мастерами различных школ и направлений, наряду с материалами по сценической истории оперы П.И. Чайковского «Евгений Онегин» лучше всяких слов показывают, как тесно связаны мы со всем этим, каких глубинных пластов духа и культуры можем лишиться, если не будем помнить о них, интересоваться, знать.

Похожих мыслей, по-видимому, придерживаются и сами молодые. Показательны в этом смысле впечатления журналиста Юрия Васильева об одном из таких музыкальных вечеров в Музее, приведенные в одном московском еженедельнике. Взгляды и настроение этого неглупого, эрудированного, имеющего бойкое перо молодого человека, в конечном счете, если взять за скобки его несколько ерничающую манеру изложения, оказываются синтонными любому болеющему за нашу культуру, тоскующему по необратимым в ней потерям, умудренному жизнью человеку. Это ощущается и когда он высказывает опасение о возможной утрате фестивалем самой существенной его компоненты – рихтеровского духа большого Человека и Музыканта, и когда он пишет о состоявшемся в тот вечер концерте немецкого «Хаген-квартета», гладко, виртуозно, но усредненно ровно исполнившего произведения что Гайдна, что Моцарта, что Бетховена. Подобное «механистическое» филигранное исполнение ничего, кроме скуки, вызвать не может, и потому любой огрех в игре действительно часто воспринимается с невольным облегчением. Здесь, думается, к месту будет привести и мое впечатление и от игры недавно посетившей нас скрипачки Анны-Софи Муттер в Большом зале консерватории в связи с вручением ей фондом Юрия Башмета премии имени Шостаковича. «Сделайте нам красиво, но так, чтобы не испортить ни настроения, ни пищеварения» – вот, на мой взгляд, стиль и суть ее исполнения, с чем она, с учетом ее весьма выигрышных внешних данных, успешно справилась.