Газета Завтра 30 (1182 2016)

Андрей ФЕФЕЛОВ. Ваш фотоаппарат "Зенит" снабжён небольшим телевиком. По сути дела этот телевик и позволяет незаметно для человека снимать ситуацию.

Вадим ОПАЛИН. Да, у меня на груди висело всегда два аппарата. "Киев", там "полтинник", выражаясь нашим языком, и вот этот 135-й, он очень удобен, потому что я никогда не понимал выражения "скрытая камера". Да никакая не скрытая, просто большинство людей не понимают, что я их снимаю. У меня висел мой старый добрый "Салют", 6х6 кадров — средний формат. Я его очень любил. Когда вы снимаете "шахтой", люди на вас не обращают внимания, и можно хитрить — разговаривая с ними, потихоньку нажимать на кнопочку. У меня очень много им снято, коллеги удивляются: "как ты такой неудобоваримой камерой снимаешь?!". Но снимает-то не камера, снимает голова!

Андрей ФЕФЕЛОВ. В этом самая большая тайна фотографии. Одной и той же техникой, с одной и той же натуры разные люди снимают разное. Передача взгляда, духа, мышления через фотографию является настоящей магией. В этом тайна искусства.

Вадим ОПАЛИН. Это сложная штука. Неразгаданная.

Андрей ФЕФЕЛОВ. Вадим Иванович, ваша коллекция   — это более тысячи снимков?

Вадим ОПАЛИН. Гораздо больше снимков, какая тысяча…

Андрей ФЕФЕЛОВ. Тогда мы будем говорить не о том великом архиве, который у вас есть, а именно о той коллекции, которую вы уже отобрали и сформировали.

Вадим ОПАЛИН. У меня разные темы были: деревни, дети, молодёжь, патриотическая тема. Самые разные снимки накопились. У меня огромное количество фотопортретов современников. Постановочных почти нет, только 5% репортажных снимков. Я назвал коллекцию "Лица моих современников 1960-1980-е годы".

Андрей ФЕФЕЛОВ. Вы знаете, что ваша коллекция перечёркивает десятки лет упорной антисоветской пропаганды?

Вадим ОПАЛИН. Один из людей, подаривших нам фотографию, сказал удивительные, прозорливые слова: "Фотография — это память, взятая в плен". Это было сказано в середине XIX века, и никто тогда не думал, что фотография станет великой технической и идеологической составляющей цивилизации. Мои фотографии — это свидетельство, документ, который нельзя подделать.

Конечно, у меня есть портреты знаменитостей. Но я сознательно снимал простых людей. Я жил среди них. И просто ходил за ними хвостиком. Нужно было терпение. Я, например, считаю очень сильной свою коллекцию "Сельская школа" — я неделю её снимал. Вы должны стать своим человеком. Если вы свой, то вам позволяются — конечно, не переходя границы — многие вещи…

Андрей ФЕФЕЛОВ. Вы назвали "Сельскую школу", перечислите ещё свои коллекции, серии.

Вадим ОПАЛИН. Есть сильнейшая коллекция "Очередь в Мавзолей". Это единственная в мире серия. Четыре месяца я снимал, приходил, как на службу, к Мавзолею. У меня были очень ограничены рамки службой безопасности, что, естественно, осложняло процесс съёмки. Но снимать было необходимо, это было уникальное явление! Представьте себе: огромнейшая очередь, идущая от теперешнего памятника Жукову; люди выстаивали 3-4 часа. Шли в любую погоду. Люди были самые разные — и по национальности, и по социальному положению. Кого я там только не видел. Они приезжали в Москву и шли поклониться Ленину. Какие разные типажи! Выражения были самые разные. Я иногда замечал усмешки иностранцев. Для них это было странно. Но наши люди не обращали на них внимания, шли одухотворённые, сосредоточенные.