Газета Завтра 311 (46 1999)

Горячева твердо, но спокойно заметила (воспроизвожу, естественно, по памяти): “Я знаю, что здесь публика подобрана, но я обращаюсь к моему народу, к миллионам людей, которые меня услышат”. Далее речь шла о гибельном курсе “реформ” и их пагубных последствиях для народа. Нет, ничего этого телезрители не услышали и не увидели! Зато Киселев, споря неизвестно с кем, но обращаясь к Горячевой (и миллионам людей за пределами студии), с приклеенной улыбкой пенял ей: “Нет, Светлана Петровна, у нас публика не подобрана, вот видите, сколько у вас здесь сторонников”, — и указывал в нашу сторону.

Да, сторонники были, да вот только слово-то им давали редко-редко и по чуть-чуть.

В середине “диалога” Чубайс, как это он постоянно поет, начал канючить, что мешают ему, такому умному, проводить ваучерные реформы... ну все, кроме проживающей в Израиле мамы: коммунисты, Дума, летний зной и зимняя метель, а глупый русский народ — в особенности.

Светлана Петровна ответила ему крепко и кратко, это уж мы процитируем точно: “Плохому танцору коммунисты мешают”. (В подобных случаях делается пометка — смех всего зала, аплодисменты.) Ну, аплодировали не все, понятно, на то и спецподобранная публика, но уж смеялись-то буквально все, готов с товарищами своими свидетельствовать под присягой. Даже балованные папенькины сынки и дочки.

Отвратительно искажена была сцена с вручением Горячевой букетика цветочков и коробочки конфет от рыжеватого “писателя”. Это смотрелось как пародия на фильм “Сельская учительница”... Горячева приняла “подарок” с предельно допустимой для воспитанной женщины холодностью. По обязанности, так сказать.

Конечно, иная лихачка махнула бы этими стебельками по нахальной физии! Депутат Думы от партии, идущей на выборы, этого себе, ясное дело, позволить не могла...

Но Светлана Петровна сделала “дарителю” строгое замечание. В этот миг она была, действительно, похожа на молодую и строгую учительницу, которая отчитывает скверного мальчишку, воровски обчистившего портфели одноклассников. Заканчивалось замечание приблизительно такими вот словами: “Народ вас не любит, Анатолий Борисович”.

Мягко сказано, полагаем, но ведь и этого миллионы людей не смогли услышать!

Нет-нет, не только Горячеву “сократили” теленахалы. Один лишь пример. Когда “особо приглашенные” мололи всякий вздор по поводу “берлинской стены”, с места поднялась пожилая женщина с медалями на скромном пиджаке: “Дайте слово участнице войны!” — властно потребовала она. Киселев струхнул и микрофон ей приказал подать. Сказала она кратко: “Нечего говорить о какой-то разрушенной стене, когда предатель Горбачев получает орден от побежденной страны и когда разрушен великий Советский Союз”.

Телезрители этого, естественно, тоже не увидели.

...С экранов НТВ постоянно разносится гвалт по поводу попыток Государственной думы ввести наблюдательные советы на телевидении, что есть во многих истинно цивилизованных странах. “Цензура!” — визжат телерастлители. Однако за всю свою уже весьма долгую литературную жизнь я впервые столкнулся с такой поистине беспредельной цензурой, как давеча на НТВ. Говорю это с полной ответственностью.

Но возвратимся к закупленному футбольному матчу. Да, бесспорно: Гусинского, хозяина НТВ, и всю его телеобслугу следовало бы отправить на мыловарню. А полученный продукт бесплатно передать Всемирному еврейскому конгрессу как гуманитарную помощь.

Сергей СЕМАНОВ

Александр Нагорный ОБОРОТНИ ПАТРИОТИЗМА (C ноябрьского заседания“Клуба яйцеголовых”)

Население России в последние три недели наблюдало захватывающие сюжеты из жизни политической верхушки. Конечно, реальный смысл и содержание происходящих событий не всегда лежат на поверхности, в особенности для восприятия простыми “россиянами”, которые в подавляющей своей части поглощены ежедневными житейскими делами. Но текучка все-таки не могла заслонить приближающийся “момент истины”, когда российский народ станет свидетелем замены правящего класса и возможного возвращения себе того, что было у него незаконно отобрано.

Именно от этого происходит “трепыхание нынешней верхушки”, что отражается на каналах ТВ, захваченных теми же “новыми правителями жизни русской”.

ТВ-сигнал продолжает проникать повсеместно в каждый дом, гипнотизируя зрителя и подталкивая его “реагировать” определенным образом на разворачивающуюся политическую драму, данную нам в этих “телевизионных ощущениях”. Последнее особенно важно, поскольку именно телевизионный взгляд на политическую реальность является “главнейшим оружием” правящего класса России, который медленно, но неуклонно “выпивал” все соки из русского народа, рассчитывая делать это неограниченно долго, пока остается хотя бы что-то для “выдавливания” выгоды и перевода ее на Запад.