Читаем Газета Завтра 313 (48 1999) полностью

С. К. У нас толком нет ни музыкальной среды, ни масс-медиа. Есть какая-то группа лиц со своими интересами. Журналисты сидят в ожидании того, что придет их звездный час, и они будут получать много денег, как Отар Кушанашвили и прочее дерьмо, которое из себя вообще ничего не представляет, а почему-то является популярным. Культура музыкальной журналистики у нас отсутствует. Особого изменения отношения с их стороны мы не заметили, мы ведь и раньше не думали о политкорректности и нас всегда спрашивали о национализме... Клип "Жаба" почему-то признали политнекорректным и не взяли на некоторых каналах, крутят его мало, в отличие, скажем, от "Убили негра"...


Корр. Не возникало желания стать более доступными для массового слушателя, попытаться завоевать всенародную популярность, как "Запрещенные барабанщики"?


С. К. Придет популярность, и хорошо. Но чем-то для этого жертвовать, изучать конъюнктуру, формат музыкальных радиостанций не будем. Кому надо — тот придет на наш концерт, купит кассету. А остальное не от нас зависит.


Корр. Каковы впечатления от совместного концерта с Laibach? (НОМ выступал в качестве разогревающей группы на концерте словенцев в Питере 11.10.97 г.)


С. К. Ощущение от Laibach — разочарование. Изначально они выступали как расшатывающий фактор в системе мирового шоу-бизнеса. В конечном итоге они в эту систему были приняты, и очень довольны, что находятся там. Концерт — практически стопроцентная фонограмма. Вообще этот концерт напоминал выступление доктора Копперфильда по уровню одурачивания публики. "Страна во времени" NSK, которую Laibach активно пропагандирует, открыта для всех, у кого есть 20 долларов. Никаких критериев к новым гражданам не предъявляется. В конечном итоге получается, что все это — обман. К тому же мне очень не понравилось отсутствие самоиронии и чувства юмора.


Корр. Для НОМа ирония, провокация — это самое главное?


Андрей НОВОЖИЛОВ. Провокация — основной принцип нашего творчества, мы провоцируем людей на какие-то чувства.


С. К. Например, сейчас у нас выходит серия футболок с карикатурами на Гитлера, Геринга, Гиммлера и Муссолини работы Кукрыниксов. Это здоровый советский юмор, крайне актуальный в нынешних условиях.


А. Н. Люди смотрят — портрет Гитлера на футболке, с другой стороны, это известная карикатура Кукрыниксов. То есть непонятно: то ли ты фашист, то ли наоборот, против фашистов, и как на это реагировать. Вот как мы их провоцируем.


Корр. Как у вас складываются отношения со вторым НОМом — это здоровая конкуренция или вражда?


С. К. История единого НОМа закончилась с альбомом "Во имя разума". Теперь существует два разных коллектива, и никакой конкуренции между ними нет и быть не может. В истории НОМа было восемь альбомов, каждый из них не имел ничего общего с предыдущим. НОМ-"Жир" имеет сходство с ранним НОМом, с альбомом "Брутто". Он, скорее, ностальгический. А мы продолжаем работать в том же духе, пропагандируя новые идеи на новом музыкальном уровне. В последнем альбоме использовали больше электроники, звук стал более жестким.


Корр. Какая музыка вдохновляет группу НОМ на создание новых композиций?


С. К. Начиналось все когда-то с Led Zeppelin, Deep Purple, а сейчас слушаем KMFDM, UNDERWORLD, разную электронную музыку.


Корр. НОМ — достаточно популярный коллектив. Продажа пластинок приносит хорошую прибыль?


С. К. Никаких денег мы с продаж нашей продукции не получаем — все держится на голом альтруизме. При этом работать становится все тяжелее. Раньше мы хотели снять фильм — шли на студию, брали камеру и делали это. После того, как все студии были приватизированы, съемка стала стоить таких денег, которых у нас нет. И все — больше ничего снять мы не можем.


Корр. Насколько мне известно, ваш барабанщик принимал участие в конференции питерских хаккеров, развернувших настоящую информационную войну против США во время американской агрессии в Югославии. Что вы думаете по поводу этих событий?


С. К. Наша позиция по этому поводу такая же, как у всех нормальных людей, мы абсолютно согласны с тем, что писала тогда газета "Завтра", и внесли свой посильный вклад в борьбу с америкосами.


Перейти на страницу:

Все книги серии Завтра (газета)

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
100 знаменитых катастроф
100 знаменитых катастроф

Хорошо читать о наводнениях и лавинах, землетрясениях, извержениях вулканов, смерчах и цунами, сидя дома в удобном кресле, на территории, где земля никогда не дрожала и не уходила из-под ног, вдали от рушащихся гор и опасных рек. При этом скупые цифры статистики – «число жертв природных катастроф составляет за последние 100 лет 16 тысяч ежегодно», – остаются просто абстрактными цифрами. Ждать, пока наступят чрезвычайные ситуации, чтобы потом в борьбе с ними убедиться лишь в одном – слишком поздно, – вот стиль современной жизни. Пример тому – цунами 2004 года, превратившее райское побережье юго-восточной Азии в «морг под открытым небом». Помимо того, что природа приготовила человечеству немало смертельных ловушек, человек и сам, двигая прогресс, роет себе яму. Не удовлетворяясь природными ядами, ученые синтезировали еще 7 миллионов искусственных. Мегаполисы, выделяющие в атмосферу загрязняющие вещества, взрывы, аварии, кораблекрушения, пожары, катастрофы в воздухе, многочисленные болезни – плата за человеческую недальновидность.Достоверные рассказы о 100 самых известных в мире катастрофах, которые вы найдете в этой книге, не только потрясают своей трагичностью, но и заставляют задуматься над тем, как уберечься от слепой стихии и избежать непредсказуемых последствий технической революции, чтобы слова французского ученого Ламарка, написанные им два столетия назад: «Назначение человека как бы заключается в том, чтобы уничтожить свой род, предварительно сделав земной шар непригодным для обитания», – остались лишь словами.

Геннадий Владиславович Щербак , Александр Павлович Ильченко , Ольга Ярополковна Исаенко , Валентина Марковна Скляренко , Оксана Юрьевна Очкурова

Публицистика / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии