Газета Завтра 356 (39 2000)

НО ВЕРНЕМСЯ к статье Л.Колодного о Горьком. Даже такое незатейливое негодяйство не получило отпора от интеллектуалов ИМЛИ... Мне могут сказать: "А сам-то? Ведь тоже только сейчас проснулся?" Ну нет, братцы мои, мы всё-таки барахтались и кое-кому врезали. Не будучи горьковедами, мы однако ж обороняли Горького от лжи и глумления Солженицына, Бурлацкого, Костикова и этого самого Колодного в наших статьях,что печатали "Правда " и "Советская Россия ":"Соблазн прокукарекать первым" и "Правда — бог свободного человека"; не будучи маяковедами мы дрались за Маяковского в статье "Над бандой рвачей и выжиг"; не будучи шолоховедами, мы в статье "Письмо поэту, который больше, чем поэт" врезали гаду Евтушенко за клевету на Шолохова в его статье "Фехтование с навозной кучей", что напечатала "Литературка". Там стихотворец уверял, что образы большевиков в "Тихом Доне" "написал кто-то другой, а не Шолохов". Сам же он, "может быть, под страхом ареста, совершил однажды преступление против нравственности".Вы подумайте: шестидесятилетняя вышедшая в тираж проститутка толкует о нравственности! Далее речь шла о том, что Шолохов не только плагиатор, душитель нравственности, но, естественно, еще и антисемит. И вот к такому-то человеку в 1961 году, когда подвергся критике "Бабий яр", в ту пору еще не старая потаскуха кинулась за помощью и защитой в Вешенскую. По её словам, Шолохов был ужасно рад встрече и "крепко обнял" курву. А далее Евтушенко давал портрет писателя. Я по этому поводу писал, что недавно довелось прочитать книгу Солженицына о Ленине. "И чем дальше читал, тем яснее видел, что созданный образ никакой не Ленин, а сам автор: та же злобность, та же патологическая самовлюбленность, та же болезненная мелочность, то же шкурничество... Вот и вы, Евтушенко, в своей "Навозной куче" нарисовали портрет не великого писателя, а свой собственный, вплоть до мелочей. Вы нарядили своего Шолохова во все заграничное "яркого современного дизайна". Но он ведь полжизни проходил в гимнастерке, а вы всю жизнь пялите на себя этот самый заморский дизайн. Ваш Шолохов брехлив и безответствен — это вы, а не он. Ваш Шолохов источает "провинциальное чванство", — это вы, а не он. Ваш Шолохов даже нахваливает вас: "Мой любимый поэт... Ты у нас талантище", — это вы так о себе думаете и говорите, а не он о вас. Чего стоит такая реклама: "Моя фамилия — Россия, а Евтушенко — псевдоним..."

Ваш Шолохов, желая поразить воображение столичного гостя, разбросал на письменном столе старые письма с иностранными штемпелями, будто они недавно получены, -- это вы способны на такие мелочные проделки литературного папуаса, а не он с его мировой славой. Вы даже навязали своему Шолохову дурацкую манеру роворить о себе в третьем лице: "Михаил Александрович послушает вас с удовольствием" и т.п. Это не его, а ваша манера. В речи на II съезде народных депутатов вы говорили: "Евтушенко написал с Колмановским песню "Хотят ли русские войны". В вашей статье об Ахматовой читаем: "Евтушенко написал лучшее стихотворение на её смерть." Хватит?.. Наконец, ваш Шолохов хвастун, лжец и провокатор. Именно в этом облике и вылезли вы перед читателем из своей "Навозной кучи". И цель вашей провокации в том, чтобы, клевеща на великого сына русского народа, оскорбить и унизить сам народ, вызвать вражду и ненависть к нему. И воздастся тебе за дела твои полной мерой, провокатор."

О ДРУГОЙ СТАТЬЕ ТОЙ ПОРЫ за давностью времени следует сказать именно потому, что в ней речь шла как раз о "проблеме авторства" "Тихого Дона".Ф.Кузнецов уверяет: "И сегодня Шолохов один из самых таинственных, неоцененных и непонятых писателей ХХ века". Друг мой Аркадий!..Конечно, всякая красота, в том числе литературная, в известном смысле таинственна. Но Шолохов — неоценен? Да какие еще в ХХ веке есть выражения всенародной любви и всемирного признания, какие награды и премии, которых он не получил бы! Еще и непонятен? Да разве непонятных так любят, так обильно издают во всем мире, инсценируют, экранизируют и опять же — награждают... В 8-м томе собрания сочинений Шолохова, вышедшем в 1986 году, напечатано его предисловие к одиннадцатому изданию "Тихого Дона", предпринятому в Швеции в 1957 году. Подумать только, на протяжении 25-30 лет в одной только Швеции каждые 2-3 года — издание! Это что ж — из любви к литературным ребусам и шарадам?

Но Ф.Кузнецов настаивает, и для подтверждения таинственности и непонятности писателя приводит слова упоминавшейся Е.Г.Левицкой. Она в 1930 году побывала в гостях у двадцатипятилетнего Шолохова: "За семью замками да еще за одним держит он свое нутро..." Так ведь надо же понимать: Левицкая — "столичный гость в деревне", и разница между ними в двадцать пять лет, их большая дружба еще впереди. Она писала также: "Я знаю только, что если я, старуха, не разгадала этого человека, то и все окружающие тоже не знают его..."