Газета Завтра 388 (19 2001)

О том, что и участники семинаров, и "посетители", съезжающиеся в ОБСЕ, и демонстранты, время от времени кучкующиеся на улицах Минска, булыжниками, железными прутьями и заточками "отстаивающие свои права", — это фактически одни и те же люди, г-н Вик старается не уточнять. Но даже если мы на миг допустим, что это разные люди, то и тогда вряд ли по "степени доверия" деятельность ОБСЕ в Беларуси заняла бы третье место. Не заняла бы она, думаю, и тридцатое, ну разве что трехсотое. И секрета в этом никакого нет, потому что, несмотря на широко рекламируемые в прессе "результаты ее деятельности" и перманентные сменяющие друг друга скандалы вокруг нее, прежде всего связанные с белорусскими оппозиционерами, о фактической стороне работы этой организации в республике практически никто ничего не знает. Нет, что-то все-таки слышали... Например, что г-н Вик периодически выступает с какими-то заявлениями, будто однажды написанными под копирку, в которых по-отцовски журит оппозицию и клеймит недемократичные власти. Припомнят и то, что летом 1999 года в офис ОБСЕ бегал "спасаться" после "президентских выборов" спикер несуществующего парламента, но уже явный претендент на белорусский трон, хитроватый коммуняка-расстрига Сема Шарецкий. Видно, именно там, получив благословение и заверение о "полной поддержке" от г-на Вика (который не чаял, как от этого настырного квартиранта избавиться), Шарецкий вскоре "тайно" бежал в соседнюю Литву, под крылышко самого г-на Ландсбергиса. Кстати, Вик не забудет об этом "добровольном" избавлении, и уже на следующий день, после того, как оппозиционные партии вручат ему свой "Меморандум" о переговорах с властями, примчится в Вильнюс и будет советовать Семе не делать необдуманных шагов, т. е. не объявлять себя "президентом", а попытаться "наладить продуктивный диалог с Лукашенко". Но тот, уже взятый литовскими властями на постой и питание, "даже двух бойцов для охраны моей персоны приставили", гордо отвергает эти западные компромиссы, заявив, что он не намерен терять время на какие-то переговоры и заготовил уже указ о "...принятии на себя полномочий главы государства". Мол, он дает Лукашенко еще месяц на раздумье, и если тот не примет его ультиматума , то де-юре с 22 августа 1999 года он, Сема, приступит к исполнению обязанностей президента РБ.

ДУНЬКА СКАЧЕТ "У ЭУРОПУ"

Угрозы Вика, что Запад не в состоянии будет признать сформированное Семой правительство, а Литва вынуждена будет принудительно отправить дедушку в Беларусь, чтобы "не осложнять отношений между двумя государствами", не возымели действия. Кстати, президент Литвы Адамкус в течение первых трех дней пребывания Шарецкого в Вильнюсе категорически настаивал на возвращении того в Беларусь. Но давление националистов, во главе со спикером Сейма Ландсбергисом решивших разыграть "дедушкину карту", а главное — просьбы "высокого" Вика, возымели свое действие. Теперь Вик вынужден был с горечью хвататься за свою седую голову, не зная, каких еще гадостей можно ждать от этих новоявленных "президентов", "спикеров" и "лидеров" бесчисленных партий. Всему его опыту, логике здесь была грош цена. Договоренности тоже в расчет не принимались.

Вообще этот рафинированный образованный немец, казалось бы, много познавший и повидавший на своем веку, столкнувшись с теми, кто нынче претендует в Беларуси на власть (одни фамилии чего стоят: Гриб, Лебедько, Гончарик, Домаш, Чигирь, Нистюк...), думаю, с горечью понял, какой же глупец был их фюрер, вознамерившийся воевать с белорусским народом. Надо было отыскать вот таких пошлых, жадных, амбициозных деятелей без стыда и совести, не уважающих ни себя, ни свой народ, — и дело в шляпе. Все давно было бы уже продано и запродано за понюх табака. Думаю, это первый и главный вывод, который сделал чистокровный немец Ханс-Георг Вик от общения с теми, кто "доверяет ОБСЕ". Но вскоре Вик понял, что ему здесь будет не легче, чем его соплеменникам в 41-м под Москвой. Его попытки тихой сапой, путем компромиссно-осторожного, но жесткого давления на власть добиться изменения этой власти, — нарывались на нервную реакцию оппозиции, требующей от него "всего и сразу", и прежде всего — отстранения от власти Лукашенко. Каким способом? Да любым, вплоть до силового давления. И громче всех об этом вопил вильнюсский сиделец.