Газета Завтра 404 (35 2001)

Вот человек упал и лежит беспомощно на улице города — а все проходят мимо… Это наша страна упала… Это мы лежим — недужные, беззащитные на улицах обессилевших городов и деревень наших… Как же так это случилось?..

…Недавно был я в Тульской губернии, в дальней деревне полузаброшенной, нищей. Увидел там льняных полуголодных детишек, однако веселых и родных.

Увидел пьяных мужиков и ветхо-бедноодетых крестьянок, и старух подслеповатых, глядящих из окон согбенных изб своих.

Увидел, брат русский мой, бедное чье-то потраченное белье, что сушится на осеннем, огромном нашем родном русском ветру… такое белье уж изношенное надо не сушить, а выбросить, а нет другого. Все мы стали блаженными оборванцами на огромном, бесприютном, историческом ветру. За пьяных мужиков — не обидно, за наших женщин и детей беззащитных — до слез пронзительно, обидно и страшно.

Увидел я, брат мой безвестный, избы, которые уже накренились к земле, уже уходят они в землю, и некому их удержать поправить… уже не могут они справиться с зовом земли и хотят уйти, претвориться в землю святую, безмолвную нашу…

У нас на Руси даже избы устали от несчастий и бед нескончаемых.

О, брат подгулявший, подвыпивший мой, с бутылью водки иль пива в руках, а кто их защитит, кроме тебя, кроме меня, кроме нас? А у нас руки заняты бутылью… А мы дрянную, убийственную водку попиваем…

Увидел я, родной мой русский брат, палые плетни, рухнувшие в несметную, победную траву… лежат, как ребра изломанные наши… Да!..

…Брат мой, русский! русич! русак! росс! Тут-то, в тульском поле, и пронзила мое сердце Золотая Игла! Или это древляя, кочующая со времен Чингисхана Золотая залетная Стрела залетела мне в сердце? Боль тончайшая, молниеносная…

Я вначале решил, что это инфаркт — от него нынче полегло и ложится в землю довременно множество русских человеков.

Брат, это мы, твои родные русские братья, сестры, отцы, матери, жены, деды, убитые во чреве младенцы досрочно ложимся в нашу землю, уже уставшую нас, хладных, застывших досрочно, принимать…

Земля наша ждет наших работных, потных рук, а приходят хладные, бездельные, пианые тела наши, которые — Прости Господи! — и на удобренье даже не годятся.

Земля-то наша за тысячу святых, крещеных лет привыкла принимать воинов горячих, а не хладных, пьяных трусов!.. А?..

А не стыдно ль нам перед нашей Землей Русской-Хранительницей Великих и отважных Заступников наших? А?..

…Брат родной, русский мой! Но когда я глядел на эти избы поникшие, исстрадавшиеся и на бедное белье на ветру, пронзили мое сердце и душу Золотая Игла, Золотая Стрела. Но это был не инфаркт, не боль-молния, нервная от холодного, осенннего ветра.

Это была Золотая Святая Игла-Стрела Любви к моему родному русскому народу. К тебе, мой близкий и дальний незнакомый брат русский! И сестра! И мать! И отец! И дед с бабкой! И чада русые мои!

Я вдруг понял, что эти волнующиеся травы, эти согбенные, морщинистые избы, белье нищее, ветер, коровы, мокнущие под дождем, каждый золотой палый лист — это моя Родина. Одна на всем свете!.. И если мы не будем любить Ее, Она будет, как Сирота вселенская средь счастливых народов… И будут гнать и презирать Ее… Да!

…Я много путешествовал по странам и народам, но тут, в деревне, на ветру огромных, ранимых русских равнин и холмов, — я понял вдруг, что только тут говорят на моем родном русском языке, я только тут могу говорить с чужими, а на деле родными мне русскими людьми.

Я вдруг понял, что среди сотен народов и миллионов чужих людей, кишащих на голубой планете, — только тут мой родной народ! и люди! и только тут понимают меня! и не надо мне извращать, пригнетать, приспосабливать язык мой и душу, чтобы понять инородца, хотя я люблю его, как всякого человека на необъятной земле, человеческой планете, которую вечный Господь даровал нам, бренным.

Но тут, в деревне и окрест нее, — мой единственный и родной народ русский!

Вот Он!..

Вот этот незнакомый, улыбчивый, застенчивый от старости дед на крыльце или пьяный, пахучий от нищеты утлый бомж в Москве, роющийся в мусорном баке — мой русский родной брат! Мой русский брат! Мой древний друг-брат!…

Да! да! да!..

Надо все время твердить себе — это мой народ! это мой русский человек! брат!.. Мой! Мой! Мой!.. И все русские люди — мои братья! да!..

На всей огромной, кишащей человеками планете, только они говорят на родном моем русском языке, и только они понимают меня, и только я чую их душу, а они — мою!

Эх, русский человек, брат, современник мой!

Если встретишь ты русского чужого человека — то полюби, обласкай, приветь, приюти его… поклонись ему до земли родной русской… улыбнись ему… Найди в себе силы для этой Святой любви! Найди! Найди! Тверди себе, как молитву: "Ты русский брат родной мой!.. Я рад тебе!.."

…Милый древний брат мой!.. Друг! Друже!..