Читаем Газета Завтра 432 (9 2002) полностью

Необходимо продумать то, что мы называем системой лидеров. Один лидер с одной монолитной организацией не в состоянии покрыть всего многообразия, из которого состоит сегодняшний российский народ и общество. Это полифония, колоссальный хор движений, ценностей, целей, замешанных на территориях, национальностях, религиях, на стратах, классах, социально-психологических характерах. Необходимо начертить карту, и на этой карте пометить цветами: красным, зеленым, оранжевым, фиолетовым,— весь массив современных социальных течений. Узнать, какие из этих течений являются бросовыми. Скажем, вот я крашу в цвет Соединенных Штатов агентов, которые нас сдают. Но есть сферы, которые внутренне оппозиционируют этой агентуре. У них другой цвет. Необходимо создать палитру организаций, движений, философий, лидеров так, чтобы они были креатурами нашей оппозиционной партии, близки нам, никогда не стали бы ренегатами.


Мы говорили: как хорошо, что рядом с коммунистическим Зюгановым возник экономист Глазьев, который оперирует категорией национальных интересов, но вовсе не требует тотальной национализации и не является марксистом в экономике, готов находить общий язык с крупным капиталом, средним бизнесом, с монополиями и с мелкими челноками. Как важно, чтобы к нам пришел Кондратенко, русский националист, который поднял на дыбы Кубань, весь этот мощный, сочный земледельческий слой. Как важно, чтобы к нам пришел Гейдар Джемаль со своей бунтующей исламской компонентой в России, который умеет находить общий язык с новыми молодежными движениями. Где антиамериканист генерал Ивашов, который аккумулирует в себе все протестные энергии, связанные с обороной?


В.Ч. Вот сейчас ты говорил: хочу, чтобы к нам пришел тот, этот... Ты наступаешь на нашу больную мозоль. Действительно, иногда мы похожи на Будду в храме — ждем, кто к нам придет. Мне кажется, это нам самим надо идти в народ — к этим лидерам, заключать с ними союз, вырабатывать братскую программу действий. Надо идти к учителям — там много пассионарных, вдохновенных людей. Они в ответе за культуру, в ответе за молодое поколение. В свое время, после революции, к Ленину шли люди без всякой коммунистической ориентации, и он находил общий язык с крестьянином, мусульманином, казаком. Выявлял вожаков, рекомендовал властям попристальнее присмотреться к ним.


Если бы КПРФ была сейчас у власти, то так бы и происходило, как в храме Будды — в очередях бы стояли на прием. Но мы в иной ситуации. Все силы должны быть теперь направлены на поиск вожаков, авторитетов и привлечение их на свою сторону с одним лишь условием: преданность Родине и готовность положить живот свой за страну.


Перейти на страницу:

Все книги серии Завтра (газета)

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство