Газета Завтра 6 (1210 2017)

Татьяна ВЕРИЖНИКОВА.  Иван Яковлевич был талантливым фотографом. И, конечно, он привёз с собой в Россию и фотоаппарат, и коллекции фотографических снимков, которые делал на протяжении жизни. Часть этих снимков, сделанных в Египте, он подарил в фонд Академии для практических занятий с будущими студентами. В комплексе фотографий Билибина можно выделить несколько жанровых групп: этнографическая фотография, архитектурная фотография, фотография произведений искусства, фотография собственных живописных и графических произведений, видовая фотография и фотопортрет. Шесть этих видов-жанров всегда сосуществовали одновременно в творчестве Билибина-фотографа, невзирая на смену временных и географических обстоятельств его жизни. И в Тверской губернии, и на Русском Севере, и в Крыму, Египте, Серии, Палестине, и во Франции, Бретани, Провансе, а затем на Кавказе, и опять в Крыму он не расставался с камерой. Иногда фотографии служили художнику вспомогательным материалом – этнографическим, архитектурным, видовым. Иногда – визуальным архивом собственных произведений. Иногда создавались с целью последующего их использования в учебных, образовательных целях. Коллекция фотографий, созданных Билибиным, поражает широтой и глубиной видения мира и как явление в области художественной фотографии ещё ждёт своих исследователей.

«ЗАВТРА». В Советском Союзе Иван Яковлевич оказался чрезвычайно востребован. Все его ипостаси как художника нашли себе применение: это и педагогическая деятельность, и книжные иллюстрации, и работа в театре. Мы с вами беседуем в здании Российской Академии художеств – расскажите, пожалуйста, о Билибине-преподавателе.

Татьяна ВЕРИЖНИКОВА.  Иван Яковлевич приехал в Ленинград в середине сентября 1936 года в качестве профессора графики, а Академия начинала занятия с 1-го октября. Воспоминания учеников живо доносят царившую на занятиях атмосферу. Например, И.И. Ершов характеризует Ивана Яковлевича как «несказочного». Перед студентами был современный, элегантный, по последней моде одетый, ухоженный человек, хорошо подстриженный, с бабочкой вместо галстука. И преподавание его заключалось в том, что он стремился привить необычайно высокую требовательность к пониманию культуры книги как единого целого организма. Сам Иван Яковлевич прошёл этот этап ещё в начале ХХ века под влиянием общеевропейских тенденций возрождения искусства книги: реформы Уильяма Морриса и его окружения, культа прекрасной книги.

Студенты любили его. Он ценил подготовительную работу к иллюстрированию, знание материалов: исторических, этнографических, художественных, на основе которых вырабатывался собственный иллюстративный стиль. В частности, он говорил, что шрифт, каждая его буква – это портрет, несущий в себе образную сущность этого звука. Все шрифты Ивана Яковлевича Билибина– рисованные. И все шрифты, создаваемые в его мастерской, – это также рисованные шрифты, хотя они выдерживают любую типографику.

«ЗАВТРА». Известно, что на совете факультета, обращаясь к своим коллегам в 1936 году, Иван Яковлевич сказал: «Вы, верно, думаете, что Билибин приехал умирать на родной земле?! А я приехал работать!». Давайте попробуем подробно поговорить, что было сделано за пять лет жизни в СССР, помимо преподавательской деятельности, ведь художник проделал огромную творческую работу.

Татьяна ВЕРИЖНИКОВА.  Во-первых, он создал новое оформление для оперы «Сказка о царе Салтане». Со стороны Кировского театра это было довольно смелое решение, потому что уже существовали декорации Константина Коровина. Билибин предложил новую концепцию сценографии для советского музыкального театра, меняющую пространство театральных декораций. Он много и требовательно работал над этой постановкой, возражая против предложений режиссера и постановщика, предлагавших преувеличить гротеск и сатирическое начало в образе царя Салтана. Труд продолжался и днём, и ночью, а на упрёки супруги Александры Васильевны художник отвечал: «Не мешай мне. Я сейчас работаю для своего народа, вместе с Пушкиным и Римским-Корсаковым».