Газета Завтра 606 (27 2005)

Но Иран, понятно, не ограничивается только благотворительностью. Растет торговля между ним и бывшими советскими среднеазиатскими республиками, магазины которых полны товарами с надписью made in Iran. За последние годы иранскими бизнесменами были сделаны многомиллионные инвестиции на развитие малых и крупных промышленных предприятий. И это только начало, уверяют в Тегеране. Так, лишь на строительство гидроэлектростанции в Таджикистане, известной под названием "Санггуда-2", Иран планирует израсходовать примерно 200 миллионов долларов.

***

Если спросить "человека с улицы" в Москве или, скажем, в Нью-Йорке, какая арабская страна имеет наибольший доход на душу населения, то почти наверняка услышите в ответ: Саудовская Аравия. Однако в действительности это, мягко говоря, не совсем так. Саудовцы, может быть, и купаются в нефти, но по данному показателю, как свидетельствует отчет, опубликованный мировой прессой, в 2005 году они занимают всего лишь... 41 место, а на среднестатистического гражданина королевства приходится 8 500 долларов.

На первое же место среди арабских государств и на третье в мире вышел крошечный Катар с его 40 тысячами долларами на каждого жителя. Доходы в этой стране за последнюю пятилетку выросли поистине фантастически как из-за роста цен на нефть, так и из-за резко увеличившегося экспорта газа.

В 2004 году рост экономики Катара достиг 20 процентов. В связи с растущими во всем мире энергетическими потребностями в течение нескольких следующих лет в эту маленькую страну (около 800 тысяч жителей), как полагают эксперты, будет инвестировано около 100 миллиардов долларов.

РАНА ВЕТЕРАНА

РАНА ВЕТЕРАНА

Всеволод Былевский

РАНА ВЕТЕРАНА

В ночь перед Днём Победы старый осколок, торчавший под сердцем Старика, будто зашевелился. Тогда, в сорок третьем, врачи не решились извлечь этот кусок фашистского железа, сказали, что и с ним жить можно хоть до ста лет. До ста не до ста, но восемьдесят семь уже исполнилось, и на здоровье было жаловаться грех. Только ноги уже с трудом носили богатырское тело, приходилось опираться на костыли. Старику был отпущен долгий век, только с каждым годом всё меньше оставалось на земле людей его поколения. Уходили один за другим те, с кем он вместе воевал, с кем работал. В деревне Малое Новосурино, в которой жил Старик, почти уже не было людей его поколения. Всё правильно, мы исчезаем, наши дети остаются. Знакомая тягучая боль снова проснулась и долго не отпускала. Но ещё сильнее болела душа. Дочь, единственная дочь, приехала под праздник — и уехала ранним утром. Села за руль с непроветренным хмелем в голове и укатила. Такое наговорила, такое наплела, ястребом с кулаками на отца налетала…

Было четыре часа утра. Вот, наконец-то, едут. Старик подхватил костыли, опёрся на них и, медленно переступая, тяжело вышел на порог дома. К дому подкатил милицейский уазик с надписью "ГНР" на борту. Из машины вышли трое милиционеров в форме, с автоматами, прошли в калитку, на ходу осматриваясь, подошли крыльцу. "Старший группы немедленного реагирования капитан Комлев, — представился один из них. — Милицию вызывали?". Старик кивнул, потом вздохнул, сказал с упрёком: "Долго же вы добирались, ребята, а тут от Можайска всего три километра", — и пригласил пройти в дом, усадил за стол. "Ты прости, отец, что ехали долго, — сказал старший. — Перед праздником сам представляешь, что творится. К тебе вызов у нас уже пятый по счёту за дежурство. Что с дочкой-то у тебя произошло?".

Старик рассказывал всё как есть, не спеша, желая выговориться. Единственная дочка долго не была, а тут вот приехала перед праздником. Накрыли вечером стол, выпили, про жизнь говорили, и вдруг что случилось с ней. Завела одно и то же: отпиши дом да отпиши на неё немедля. Я ей говорю, что хочу умереть в своём доме, а она — тебе уже немного осталось. Так вот, слово за слово… Маленькая была такая хорошая, отца любила, да и каждому готова была помочь, если что понадобится. Уехала в Москву в институт учиться, поселилась в столице — постоянно навещала Старика, гостинцы привозила.

Жизнь у неё по-разному складывалась, и Старик радовался, когда дочь наконец-то устроилась работать в банк. В банках сейчас всем хорошие деньги платят, и хорошо, что дочь наконец-то поживёт в достатке. Только вот деньги-то, похоже, её и испортили. Как получила она эту работу в банке, купила квартиру в Люберцах, так почти перестала навещать. Деньги её, наверное, испортили. Компании, застолья, а с семейной жизнью у неё что-то так и не сложилось. Самое горькое — всё это перед таким праздником, перед Днём Победы… Будто в душу плюнули.