Газета Завтра 753

Слова Дмитрия Медведева не были замечены и оценены обществом. Этому как минимум две причины. Во-первых, эти важные слова потонули в потоке других, не менее важных, но тоже слов. Во-вторых, в России испокон веку принято ругать чиновников за косность и воровство. В конце концов, когда земля велика и обильна, а порядка все нет и нет — кого еще ругать? Система инертна — да.

Нашли чем удивить.

Впрочем, с тезисом об инертности нашей административной системы можно было бы и поспорить. Очевидная ее неэффективность — не так очевидна. Пристальный взгляд на государственный аппарат поможет сделать противоположенные выводы. Система действует весьма эффективно, но не в направлении обслуживания интересов страны, а в деле самообслуживания.

В России существуют мелкий, средний и крупный бизнес. Мелкий бизнес — это бабка, торгующая укропом у входа в павильон метро "Площадь Революции". Крупный бизнес — это ребята, когда-то севшие на источники сырья. А средний бизнес — это чиновники, гаишники и муниципальные служащие.

Система "кормлений", разросшаяся в России к началу ХХI века, ничего общего не имеет с идеей развития, инноваций и стратегией прорыва. Это совсем другая песня.

Находясь на палубе корабля в эпицентре девятибалльного шторма, можно сказать, что вокруг свежо и сыро. И это будет, в общем-то, верное замечание. Только не совсем точное.

Объявив инертность системы врагом развития, Дмитрий Медведев нисколько не соврал.

Однако более точно было бы сказать, что принципы построения данного государства несовместимы с любыми инновациями в производстве и не только в нём.

Но такое заявление главы государства равноценно объявлению о начале радикальной реформы. Это — революция сверху. Переворот во всех сферах жизни.

Готово ли общество к такой встряске? Каким образом, какими методами, с помощью каких сил система будет сама себя реформировать? Не кончится ли такая реформа очередным развалом?

Пока не получены точные и исчерпывающие ответы на данные вопросы, любые попытки переориентировать госаппарат на развитие — преждевременны и опасны.

Но столь же опасно и промедление в решении задачки. Годами прозябать в болоте, прикрываясь статусом "энергетической державы", России никто не даст. Сколько ни говори "нано-нано", проблем от этого меньше не станет.

Способность Владимира Путина держаться данных им личных обязательств — превратила его в неформального лидера страны. Путин и саму власть получил именно как человек, способный держать слово.

Обладает ли таким свойством Медведев? Во всяком случае своим положением Дмитрий Анатольевич лично обязан только своему предшественнику. В отношении всех остальных руки у него полностью развязаны. Воспользуется ли Медведев свободой рук?

Если — да, то мы станем свидетелями создания верховной властью инструмента реформирования прогнившего сверху донизу госаппарата. Какой-то особой, чрезвычайной, говоря старым языком, опричной структуры, которая даст инновационный импульс задремавшей бюрократии.

Анна Серафимова ЖИЛИ-БЫЛИ

Торговать на рынке Иван Иванович начал давно. Как вышел на пенсию и занялся работой на своём земельном участке. Любовь к земле и трудолюбие позволяло получать хорошие урожаи, и излишки овощей и фруктов труженик полей понёс на колхозный рынок. Это были те времена, когда можно было и Ивану Ивановичу прийти, взять весы, гири, заплатить за место, сдать пробу урожая и встать торговать в своём родном городе или даже в районном центре.

Время шло, времена менялись. Разгромили колхозы, извели колхозников. Стали они сельхозпроизводителями, а сельхозсбытчиками стали совсем другие люди, к производству отношения не имеющие. И нравы новых торгующих менялись кардинально. Не менялся только Иван Иванович с его правилами и принципами торговли: не просто не обсчитывать и не обманывать, но и взвешивать с «походом», то есть накинуть пару картофелин — огурчиков к отвешенному килограмму.

Чудо, каким Иван Иваныч остался среди торговцев, полностью сменившихся на местном рынке на лиц политкорректных национальностей, заключалось в его фронтовой биографии и в необходимости иметь на местном рынке "местный колорит". Чтобы на недоумённые упрёки "а что это вас нет ни одного аборигена среди торгующих" вытащить как козырного туза из рукава: а вот и неправда ваша вот он, торгует! Да ещё и звать Иван Иваныч.

Уникальность Ивана Иваныча была не только в том, что он — местный. Но и в том, что он торговал честно! Сначала на него наезжали и требовали быть, как все, но потом отстали, учитывая, что распродавал он своим трудом выращенный урожай быстро, и таким образом не оттягивал клиентов и не составлял конкуренции со своим мешком картошки и парой пучков моркови.