Читаем Газета Завтра 834 (98 2009) полностью

В.В. Впервые на Олимпийских играх мы выступили в 1952 году. В Хельсинки, XV Олимпийские игры. Мы приехали туда… Ну как бы это сказать… Ну вот человек танцевать не умеет, а его на паркет танцевать запустили (смеется). Хорошие лошади были, но международного опыта мы не знали совсем, у нас программа и правила свои были. Ну, и окунулись. И поняли, как отстали. Плохо выступили. Приехали в Москву, Семен Михайлович вызвал людей.


"ЗАВТРА". Какой Семен Михайлович?


В.В. Буденный. Вызвал, всыпал офицерам, которые выступали. Усы крутит. "Позорите! — говорит, — что ж сделаешь?" И сделали вот что. Тех, кто выступал на Олимпийских играх, на чемпионат Советского Союза не допустили. Их судить поставили. А выступали те, кто на Игры не поехал. Маршрут поставили такой, какой в Хельсинки был. Жестокий был маршрут. Из тридцати шести лошадей, которые выступали, дошли до финиша только четыре. После пятьдесят второго года и лошадей поломали много, и людей побило много. Убивались насмерть. В 1956 году уже выступали как люди. Хорошо. Команда наша сильная уже была. А в 60-м у нас первый Олимпийский чемпион появился — Филатов Сережа, офицер. И дело пошло. Манежи строить начали, в разных городах конные общества открывать. В 68-м году новый Олимпийский чемпион — Кизимов. В 70-м Елена Петушкова стала чемпионкой мира.


"ЗАВТРА". Вы были тренером олимпийской чемпионки Елены Петушковой. Вы — мастер спорта, заслуженный тренер РСФСР, судья всесоюзной категории. В 80-м году Елена Петушкова стала чемпионкой страны, призером Спартакиады народов СССР, и только загадочная смерть коня Абакана, на котором она должна была выступать, помешала ей стать двукратной Олимпийской чемпионкой. Каковы были ваши призовые?


В.В. Стыдно сказать. Как раз в 80-м мы с женой получили квартиру, до этого в коммуналке жили. И тут письмо пришло: придти получить призовые. Жена говорит: "Вовка! Как здорово-то!" Думали чем квартиру обставить. Я поехал. Получаю… двести с небольшим рублей.


"ЗАВТРА". Негусто. Зарплата старшей медсестры в ту пору. Ваше мнение: спортсмену нужно платить или как раньше? спортсмен за идею выступать должен?


В.В. Да, сейчас платят, раньше не платили. Ну конечно, лучше когда спортсмен получает деньги. Давайте так говорить: ни одного спортсмена здорового человека нет.


"ЗАВТРА". Вот мы и перешли к сегодняшнему дню. Владимир Афанасьевич, сейчас конный спорт в большой моде. Строят конно-спортивные клубы, покупают дорогих лошадей, покупают люксовое обмундирование, только вот и лошадей, и обмундирование, и тренеров покупают в Германии. Где наши-то?


В.В. Раньше мы били немцев. Теперь мастеров нет. Да они и не нужны никому. Пришли новые люди. На смену этим новым людям приходят другие новые люди. Чехарда.


"ЗАВТРА". Специалисты хоть?


В.В. А где они сейчас, специалисты-то? Вот с перестройкой пришел новый директор ипподрома. Стал продавать лошадей в Германию по десять тысяч рублей. Я говорил: это ж копейки! Лошади, они уже на чемпионате СССР занимали места, Россию выиграли, им была бы большая цена. Мне так отвечали: за десять тысяч рублей были куплены — за десять тысяч марок продаем. И вот когда я приехал в Германию, и выступил на проданном в Германию же нашем коне Твисте, так этого Твиста за пятьсот тысяч марок перекупили в Голландию. Я не оговорился — за пятьсот тысяч марок.


"ЗАВТРА". Это было в 1991 году. Знаю, вы тогда выиграли Кубок округа Берлин и Фленсбург. Любопытно, что я, человек далекий от конного спорта, впервые услышала о вас на закрытом вечере на скачках в Баден-Бадене. Так что мой путь к Вам лежал не только через Святово, но прежде — через Германию.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Против всех
Против всех

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова — первая часть трилогии «Хроника Великого десятилетия», написанная в лучших традициях бестселлера «Кузькина мать», грандиозная историческая реконструкция событий конца 1940-х — первой половины 1950-х годов, когда тяжелый послевоенный кризис заставил руководство Советского Союза искать новые пути развития страны. Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает о борьбе за власть в руководстве СССР в первое послевоенное десятилетие, о решениях, которые принимали лидеры Советского Союза, и о последствиях этих решений.Это книга о том, как постоянные провалы Сталина во внутренней и внешней политике в послевоенные годы привели страну к тяжелейшему кризису, о борьбе кланов внутри советского руководства и об их тайных планах, о политических интригах и о том, как на самом деле была устроена система управления страной и ее сателлитами. События того времени стали поворотным пунктом в развитии Советского Союза и предопределили последующий развал СССР и триумф капиталистических экономик и свободного рынка.«Против всех» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о причинах ключевых событий середины XX века.Книга содержит более 130 фотографий, в том числе редкие архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов , Анатолий Владимирович Афанасьев , Виктор Михайлович Мишин , Ксения Анатольевна Собчак , Виктор Сергеевич Мишин , Антон Вячеславович Красовский

Криминальный детектив / Публицистика / Фантастика / Попаданцы / Документальное
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
1968 (май 2008)
1968 (май 2008)

Содержание:НАСУЩНОЕ Драмы Лирика Анекдоты БЫЛОЕ Революция номер девять С места событий Ефим Зозуля - Сатириконцы Небесный ювелир ДУМЫ Мария Пахмутова, Василий Жарков - Год смерти Гагарина Михаил Харитонов - Не досталось им даже по пуле Борис Кагарлицкий - Два мира в зеркале 1968 года Дмитрий Ольшанский - Движуха Мариэтта Чудакова - Русским языком вам говорят! (Часть четвертая) ОБРАЗЫ Евгения Пищикова - Мы проиграли, сестра! Дмитрий Быков - Четыре урока оттепели Дмитрий Данилов - Кришна на окраине Аркадий Ипполитов - Гимн Свободе, ведущей народ ЛИЦА Олег Кашин - Хроника утекших событий ГРАЖДАНСТВО Евгения Долгинова - Гибель гидролиза Павел Пряников - В песок и опилки ВОИНСТВО Александр Храмчихин - Вторая индокитайская ХУДОЖЕСТВО Денис Горелов - Сползает по крыше старик Козлодоев Максим Семеляк - Лео, мой Лео ПАЛОМНИЧЕСТВО Карен Газарян - Где утомленному есть буйству уголок

Журнал «Русская жизнь» , авторов Коллектив

Публицистика / Документальное
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика