Генерал В. А. Сухомлинов. Военный министр эпохи Великой войны

Вступление на престол Александра III (1881–1894) ознаменовало новую эпоху в истории русской армии. Генерал-лейтенант Грулев в воспоминаниях язвительно подчеркивает, что «с воцарением Александра III у нас изо всех щелей подуло реакцией»⁹⁸. Цесаревич стал императором при весьма печальных обстоятельствах. Его предшественник погиб насильственной смертью, система государственного управления находилась в параличе, финансы страны были расстроены. Недовольство явно ощущалось в различных кругах общества. Либерально настроенные люди считали, что «нестроения» проистекают из непоследовательности и половинчатости общественных реформ, начавшихся в 60-х гг. Некоторые даже полагали, что курс преобразований должен касаться не только отдельных сторон жизни страны, но и затронуть политическую систему в целом. Представители же консервативных кругов видели источник социального брожения в скороспелых и непродуманных решениях, направленных на быстрое реформирование «всего и всех».

В рескрипте на имя нового военного министра генерала П.С. Ванновского император писал: «Отечеству Нашему, несомненно, нужна армия сильная и благоустроенная, стоящая на высоте современного развития военного дела, но не для агрессивных целей, а единственно для ограждения целостности и государственной чести России»⁹⁹. Это было началом проведения непопулярных в войсках реформ, которые впоследствии отрицательно сказались на общей подготовке и боеспособности войск. Сухомлинову пришлось непосредственно столкнуться с ними, поскольку 25 ноября 1884 г. он был назначен командиром 6-го лейб-драгунского Павлоградского его величества полка – некогда знаменитых павлоградских гусар.

Командование 6-м лейб-драгунским Павлоградским полком

Академические друзья и сослуживцы скептически отнеслись к желанию Сухомлинова получить полк. И в первую очередь это было связано с тяжелыми и неприглядными условиями, в которых находились строевые офицеры. Дело в том, что военный министр П.С. Ванновский стремился к повышению строевого состава войск, и с начала 1880-х гг. армия планомерно увеличивалась в размерах. В чисто количественном отношении ее состав мирного времени возрос с 30 768 офицеров и 844 396 нижних чинов в 1881 г. до 41 079 офицеров и 1 066 894 нижних чинов в 1904 г.¹⁰⁰

В то же время ничего не предпринималось для улучшения службы в строю, строевые офицеры по справедливости могли считать себя «пасынками армии». Многие из них годами могли ждать повышения в чине, притом что попасть на высшие должности становилось все труднее. Старшие строевые офицеры могли провести всю жизнь на скучных гарнизонных должностях, «где находили утешение в вине и тихо старели, все более замыкаясь в себе и оставаясь глухими к изменениям в технологии и структуре, неотъемлемым от медленного разворота армии к модернизации военного дела». При этом практически все офицеры, не располагавшие собственными денежными средствами, с трудом сводили концы с концами, а престижность их профессии непрерывно снижалась¹⁰¹.

Обоснованные нападки строевых офицеров на Генеральный штаб, чины которого ограничивались «наблюдением строя издали», стали обычным явлением. Но именно как преподаватель и военный писатель, Сухомлинов чувствовал необходимость ближе познакомиться с жизнью провинциального гарнизона, его особенными порядками и законами, со всем тем, чем жили строевые труженики, ковавшие мощь русской армии.

При представлении у военного министра Сухомлинову заранее пришлось выслушать суровое предупреждение относительно своего назначения: «Имейте в виду, что вы получили полк, который позволил себе демонстрацию, устроив парадные похороны гусарского ментика¹⁰². Потрудитесь взять драгунский полк в руки!»¹⁰³

Следует пояснить, что подобного рода «похороны» были связаны с общим преобразованием кавалерии. В соответствии с приказом № 260 от 13 июля 1882 г. все армейские уланские и гусарские полки кавалерии были обращены в драгунские (гвардейской кавалерии реформа не коснулась)¹⁰⁴. 31 октября того же года была установлена для всех армейских драгунских полков однообразная форма обмундирования (приказ по военному ведомству № 325): мундир свободного покроя без пуговиц (полукафтаны, цветные кушаки, широкие шаровары), барашковая шапка с цветным донышком и темно-зеленая фуражка с цветным околышем; сабли были заменены шашками на плечевой портупее, пики отменены, и всем полкам даны винтовки Бердана.