Гений войны Кутузов. «Чтобы спасти Россию, надо сжечь Москву»

Ней не стал медлить и быстро пошел на главный тирольский город – Инсбрук. Но для начала ему следовало взять отменно укрепленный форт Шарниц. Французский маршал решил сочетать атаку в лоб с глубоким обходным маневром в самую слабую часть форта, примыкавшую к непроходимым горам. Обход по узкой небольшой тропинке, которую использовали контрабандисты с выходом в тыл другого форта – маленького Лусташа, а затем и Шарница, предложил генерал Роге – в будущем известный дивизионный генерал в наполеоновской гвардии. Его отряд в 2500 человек узкой цепочкой ушел карабкаться по горам в тыл Лусташа. Форт он взял и пошел с тыла на Шарниц, но нетерпеливый и порывистый Ней бросил дивизию Малера с фронта раньше обусловленного срока и, понеся потери, вынужден был отступить. Комендант форта отказался сдаваться, и только успешный маневр Роге вынудил его совершить ошибку: выйти из форта с целью одолеть неприятеля во встречном ночном бою и прорваться. Австрийцы были разбиты в короткой стычке, горный проход оказался в руках французов, и Ней оказался в Инсбруке, который сдался ему без боя. Эрцгерцог Иоанн не стал дальше испытывать судьбу и, получив приказ от старшего брата эрцгерцога Карла покинуть Тироль и идти на соединение с ним, покидавшим Италию после сражения при Кальдиеро, последовал по заданному маршруту – к берегам Дуная. После того как австрийский генерал Елачич капитулировал перед корпусом маршала Ожеро, Тироль оказался очищен от австрийских войск.

Генерал Мармон со своим небольшим 12-тысячным корпусом должен был помешать движению мощной 80-тысячной армии эрцгерцога Карла из Италии на соединение с русскими в районе Брюнна и Оломюца. Вовремя заняв Грац, он не позволил Карлу пойти прямой дорогой, и тому пришлось двигаться окружным путем через Венгрию, пока Наполеон выяснял отношения с Кутузовым и остатками австрийцев в Моравии.

Союзническим десантам в Южной Италии (Неаполитанское королевство) и Северной Германии – соответственно, 10-тысячный русский корпус генерал-лейтенанта Р. К. Анрепа и 21-тысячный корпус генерала графа П. А. Толстого – воевать практически не пришлось. Ожидая вестей с главного театра военных действий в Моравии, их офицерский состав с большой пользой для здоровья проводил время на балах, даваемых в их честь местными дворянами, чьи жены и дочери были весьма и весьма благосклонны к «этим душкам русским военным» – сколь галантным, столь и неутомимым. Но очень скоро ход событий заставит их забыть амурно-будуарные развлечения и местных прелестниц, немало желавших женить их на себе.

Вот так, или примерно так, обстояли дела далеко на флангах Великой армии, когда она под началом своего вожака оказалась перед объединенной русско-австрийской армией под началом Михаила Илларионовича Кутузова в глубине Моравии под Ольмюцем (Оломоуцем).

Глава 25Противостояние: что делать?

Именно там отступающая Подольская армия Кутузова смогла-таки соединиться с 30-, а не 50-тысячным, как предполагалось ранее, корпусом Буксгевдена и гвардией цесаревича Константина Павловича, пришедшими из России, а также с 15-тысячным австрийским отрядом де Штайера. По разным подсчетам, численность союзников на тот момент могла колебаться от 80–84 до 85–87 тыс. человек (ок. 70 тыс. пех. и ок. 16 тыс. кав.) с 318–330 пушками. На самом деле союзная армия могла уже тогда быть еще больше, если бы российский император, прибывший в действующую армию вместе с гвардейским корпусом своего брата Константина Павловича, не отослал часть сил из армии Буксгевдена и корпуса Эссена 1-го назад в Россию с малопонятной целью. Туда же заодно был направлен и их бывший патрон генерал Михельсон. И тем не менее вскоре ожидалось новое пополнение.