Годы возмездия. Боевыми дорогами от Керчи до Праги

Таким образом, шаг за шагом, не без преодоления серьезных трудностей были отремонтированы старые дороги и построены новые, что значительно улучшило подвоз вооружения, боеприпасов, продовольствия и другого имущества, необходимого для войск фронта, и вопрос о затруднении с продовольствием был снят с повестки дня. Уже в июне в дивизии было завезено до шести сутодач продовольствия, по боекомплекту снарядов. С каждым днем питание улучшалось. Теперь в окопы регулярно доставлялась горячая пища.

Войска упорно учились ведению наступательных боев, взаимодействию на поле боя в конкретных условиях местности.

Оживилась партийно-политическая работа. Во всех частях и соединениях были укреплены партийные организации за счет перемещения коммунистов. Политработники и командование повседневно заботились об идейном и организационном росте партийных организаций, о привлечении в партию новых членов из числа передовых, проверенных в боях воинов. Это укрепило моральное состояние войск фронта.

При всех посещениях частей и подразделений всюду мы собирали коммунистов и комсомольцев, чтобы поднять у них чувство ответственности за состояние дел в части, помочь им занять авангардную роль во всех боевых делах. На практической работе росли и закалялись кадры политработников, в их ряды вливались лучшие, наиболее сознательные и преданные делу коммунизма воины.

В деле обмена боевым опытом и поднятия морального духа воинов в период подготовки к наступлению большую роль играла наша печать, и в первую очередь фронтовая газета «Вперед на врага» (редактор Н.С. Кассин). В этой газете печатались статьи командиров и бойцов, в которых они делились своим боевым опытом, воспитывая воинов в духе высокой сознательности и благородной ненависти к врагу.

Нельзя здесь не сказать несколько теплых слов о заместителе командира батальона по политчасти старшем лейтенанте Петре Голубенко. Фронтовая газета «Вперед, на врага» писала о нем:

«Старший лейтенант Петр Голубенко проходит по траншее от одной стрелковой ячейки к другой. Надвигается ветреная ночь, темная, хлопотливая. То и дело свистят пули, да время от времени взлетают с немецкого края ракеты, озаряя белесым мертвым светом лощину.

Высокий, с обветренным добродушным лицом заместитель комбата по политчасти Голубенко подходит к бойцам, проверяет оружие, интересуется, достаточно ли боеприпасов, хорошо ли каждый знает свои обязанности, везде ли бдительно ведется наблюдение. Потом спрашивает:

– Ботинки у вас не промокают? А обед сегодня был сытный?

Встретившись с одним из бойцов, он неожиданно задает ему вопрос:

– Печь в вашей землянке все еще дымит?

Красноармеец смущенно отвечает, что печка по-прежнему неисправна.

– Завтра зайду, – строго говорит Голубенко, – чтобы новая печь была сложена. Ясно?

В одной из траншей старший лейтенант встречается с красноармейцем Николаем Макаровым.

– Из дому есть вести?

– Давненько не получал.

– А я вот имею, о твоей семье сообщают.

– Кто? – удивленно спросил боец.

– Секретарь райкома партии товарищ Федотов. – Голубенко достал из кармана письмо. – Завтра днем прочитаешь. Пишут, что твоей семье оказана помощь, живут теперь хорошо.

Николай Макаров смущенно говорит:

– Радость вы мне принесли. Воевать теперь легче будет.

Старший лейтенант Голубенко ведет обширную переписку с семьями фронтовиков, заботится об их материальном благополучии, сообщает о боевых делах красноармейцев, о наградах. Если тот или иной боец ведет себя недостойно, об этом также становится известно семье, в колхозе, на заводе. Отцы и матери, жены и невесты благодарят в своих письмах товарища Голубенко за внимание и чуткость.

«Спасибо тебе, сынок родной, – пишет престарелая мать красноармейца Гущина, – что позаботился обо мне, не оставил без внимания».

Старшего лейтенанта Голубенко знают в батальоне как требовательного и справедливого командира. Как-то он обнаружил у красноармейца ржавую винтовку. Тов. Голубенко немедленно собрал в блиндаже группу бойцов и поставил вопрос со всей резкостью: такой боец предает своих товарищей.

Но требовательность он всегда сочетает с чутким и заботливым отношением к солдату.

Однажды тов. Голубенко познакомился с красноармейцем казахом Шапиго. Тот совсем не знал русского языка, чувствовал себя одиноким. Старший лейтенант дал бойцам строгий наказ: обучить его русскому языку, создать такую обстановку, при которой он бы чувствовал, что вы его родные братья. Теперь всякий раз, когда Голубенко приходит в роту, он обязательно встречается с Шапиго. Между командиром и бойцом возникла искренняя дружба.

Часто в землянках Голубенко ведет задушевные беседы о жизни, спрашивает бойцов, что пишут их жены, рассказывает последние новости с фронтов Отечественной войны».

Во фронтовой газете выступал со статьями воспитательного характера и командный состав фронта.

Глава вторая. ОТКРЫТЬ СМОЛЕНСКИЕ «ВОРОТА»!