Горькое лето 1941 года

Можно ли считать командирами батальонов или полков таких командиров, которые прячутся в щелях во время боя, не видят поля боя, не наблюдают хода боя на поле и все же воображают себя командирами полков и батальонов? Нет, нельзя! Это не командиры полков и батальонов, а самозванцы. Если дать волю таким самозванцам, они в короткий срок превратят нашу армию в сплошную канцелярию. Таких самозванцев нужно немедленно смещать с постов, снижать по должности в рядовые, а при необходимости расстреливать на месте, выдвигая на их место смелых и мужественных людей из рядов младшего начсостава или из красноармейцев».

А задумавшись, понимаешь: неразумно сеять в армии всеобщую подозрительность, недоверие. Нельзя сильными, но в то же время общими словами подрывать авторитет командного состава. Нельзя обманываться в том смысле, что сержант и тем более красноармеец, пусть и самый мужественный, в состоянии заменить комбата или комполка.

Невозможно признать праведным и требование приказа считать всех, кто оказался в плену, злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как семьи нарушивших присягу и предавших свою Родину.

Даже сами разработчики приказа вскоре опомнились и кое-что уточнили. Запрещалось, в частности, подвергать репрессиям семьи, где кроме попавшего в плен воевал еще кто-либо, семьи, оказывавшие помощь партизанскому движению, семьи, имевшие в своем составе удостоенных государственных наград… В отношении родных Качалова, Понеделина, Кириллова никаких смягчающих обстоятельств не нашлось.

И. Сталин подписал приказ № 270 в качестве председателя Государственного Комитета обороны. Под приказом подписи его заместителя по ГКО В. Молотова, Маршалов Советского Союза С. Буденного, К. Ворошилова, С. Тимошенко, Б. Шапошникова, генерала армии Г. Жукова. Как собирались подписи, отдельный разговор, о сути которого догадаться нетрудно.

Можно сказать, что именно приказ от 16 августа 1941 года переводил практически всех захваченных врагом в плен в разряд предателей. Немцы не раз злорадно транслировали его через лагерные громкоговорители.

В плен же попадают по-разному. Одни – по трусости и малодушию, не исчерпав все возможности борьбы. Это – позор и преступление. Это ничем нельзя оправдать. Но в плену нередко оказываются – и тому немало подтверждений – даже люди исключительного мужества. Вспомним, к примеру, старшину Черноморского флота Павла Дубинду, который тяжело контуженным попал в плен при обороне Севастополя. Бежать из плена ему удалось лишь в марте 1944 года. Но он успел стать и полным кавалером ордена Славы, и Героем Советского Союза.

Вспомним, что муки плена выпали на долю в то время лейтенанта Владимира Лавриненкова. Он, уже Герой Советского Союза, в одном из воздушных боев столкнулся с самолетом противника – «рамой» – и был вынужден покинуть истребитель с парашютом над расположением врага. Бежать плененному летчику удалось из поезда, которым его везли в Берлин. Лавриненков, вернувшись в строй, удостоился второй звезды Героя Советского Союза, после войны стал генерал-полковником авиации.

…О приказе № 270 можно было бы и не вспоминать. В нем еще не отразился тот бесценный опыт войны, который пришел к советскому политическому и военному руководству позднее. В нем еще нет по-настоящему глубокого проникновения в сложившуюся на фронтах обстановку, нет ощущения истинных настроений в действующей армии, он во многом нацелен на устрашение. И если мы о нем все-таки вспомнили, то лишь потому, что прошлое обязывает нас руководствоваться уроками истории. В мирное время важно так выстраивать законодательство, касающееся плена и пленных, чтобы жизнь и право не вступали в конфликт.

* * *

Приказ народного комиссара обороны СССР

№ 0391 4 октября 1941 года

О фактах подмены воспитательной работы репрессиями

За последнее время наблюдаются частые случаи незаконных репрессий и грубейшего превышения власти [слова «превышения власти» написаны рукой Сталина вместо зачеркнутых слов «нарушения дисциплинарных прав»] со стороны отдельных командиров и комиссаров по отношению к своим подчиненным.

Лейтенант 288 сп Комиссаров без всяких оснований выстрелом из нагана убил красноармейца Кубицу.