Или, например, вы смеетесь: «Представляете, я ездил в Иваново, там так смешно разговаривают! Прямо как бабушки в деревне: “кОрова”, “мОлОко”. Я так ржал!» И вдруг вы понимаете, что рассказываете об этом, сидя в кругу новых знакомых со всей России, и наверняка кто-то из них может быть из Иванова.
Очень осторожным надо быть в теме, связанной с религией: далеко не все люди громко декларируют, какую веру они исповедуют (и исповедуют ли вообще), но каждому верующему больно слышать, когда над его религией смеются или относятся к ней пренебрежительно.
Если уж пришлось говорить о религии, делайте это нейтрально: «Катя – православная, поэтому в среду она не ела мясо и не пила молоко, у нее был пост. И вот сидим мы в кафе и думаем, чего бы заказать…» – такая фраза никого не обидит. Это просто констатация факта, не более.
Деньги, доходы, уровень притязаний – тоже весьма непростая тема. У кого-то их больше, у кого-то меньше. Кто-то легко зарабатывает деньги и так же легко расстается с ними, кто-то копит годами на мечту, не в силах позволить себе лишний стаканчик мороженого.
Вспомним чиновников.
• Тем, кто рожает после 30 лет, деньги государства не нужны.
• Большинство пенсионеров – дармоеды.
• Очереди в детских садах – это ваша проблема.
• Желание молодых учителей получать больше 9 тысяч рублей – завышенное требование.
• Жители хрущевок орут и колются по ночам.
Каждую из этих фраз произнес тот или иной чиновник. Каждую – в публичном поле. Наверняка в каждом случае чиновники вовсе не планировали «словить хайп». Но они его получили по полной программе – всего лишь потому, что не подумали, как их слова могут воспринять сами жители хрущевок, пенсионеры, молодые учителя, родители…
Умение «почувствовать» свой спич так, как его чувствует аудитория, – это практически заявка на статус талантливого оратора.
Хочется прибежать утром в офис и рассказать что-то очень личное, невероятно трогательное, безумно важное. Ваш ребенок сделал первый шаг. Ваша собака научилась приносить тапочки. Ваш подросток нагрубил, хлопнул дверью, не читает и не отвечает на ваши сообщения, не берет трубку (хотя вы уже выяснили у учительницы: он в школе, с ним все в порядке, просто обиделся – и молчит).
Очень хочется рассказать об этом. Даже не столько рассказать коллегам, сколько просто – рассказать. Вы думать ни о чем не можете, кроме этого.
«…»
Однажды, во времена, когда home office был абсолютной экзотикой, молодой сисадмин Евгений подошел к своему начальнику.
– Можно я буду работать из дома? – спросил. – Я все наладил, мое присутствие в офисе нужно раз в неделю, все остальное время я могу работать на удаленке.
Начальник был умен и уточнил, почему вдруг у Евгения возникла аллергия на офис.
– Я так больше не могу, – честно признался Евгений. – Они бесконечно обсуждают мужей, детей, депиляции свои… Я не могу в таком шуме. Ну, точнее, я не могу в таких разговорах.
Начальник действительно был умен: он выделил Евгению отдельный кабинет. И озадачил эйчара вопросом, что делать, чтобы сотрудники в офисе преимущественно работали, а не делали с детьми уроки в прямом эфире.
Но есть и противоположная история: в небольшой компании на 150 сотрудников все друг друга знали. Причем знали не только друг друга, но и жен, мужей, детей, кошек, собак… Периодически крутили друг с другом романы, иногда ссорились, всегда мирились. В какой-то момент в компании наступили сложные времена, пришлось сократить десятерых сотрудников.
Кто пошел под сокращение? В первую очередь – те, кто приходил на работу «застегнутым на все пуговицы», не поддерживал разговоры «о семейном» и вообще не стремился каким-то образом подружиться с сотрудниками.
Это важно
Главное правило – и ваш разговор, и ваше молчание должны быть уместными. Наверняка вы чувствуете, какова атмосфера в вашем офисе. Насколько свободны (или, наоборот, строги) нравы в отношении личного. Постарайтесь придерживаться общей линии. Но лишь до тех пор, пока вы ее не изучите досконально.