Грамматические вольности современной поэзии, 1950-2020

Часторастущий, тыщий, трущий глазпрохожему осенний лес, —вот клёкот на его сквозной каркаслетит с небес,вот некий профиль в нём полудивясьполуисчез.Владимир Гандельсман. «В полях инстинкта, искренних, как щит…»83 ; Все кошки кошие, все кошки хорошие,а это мёртвая кошка, эта вот кошка мёртвая,она говорит спасибо, лежит красиво.Екатерина Боярских. «Мёртвая кошка»84 ;  Жираф-гумилефф из Африки заглянет в лицо лазурное, в ночные зрачки подвижные, в двоящийся трепет век, и скажет «привет» приветливо, с во рту полуголой веткою, пятнистый, как все жирафые, улыбчивый человек.Надя Делаланд. «Взлохмаченную и сонную, прошедшую мимо зеркала…»

85 ; Это ряское рябое,почти болотца,стало мне дорогоеводы лицо.Ирина Машинская. «Заводь»86 ; Когда мы были как привив…Мы были как прививки оспыИ кожиц наших некрасивпейзаж шероховат и рыхлкак апельсин в презервативсвалилось солнце в мглую осень.Испуг погас, застыв как гипс.Мы стали то ли писком, то литерпеньем. Неминуем смысл.Алина Витухновская. «Скрипит костями черный город…»87

.

В игровом тексте Ольги Арефьевой прилагательные из существительных получаются при обмене слов слогами:

Собачка колбасатая,Вернее, полосатая,А с ней пятниска кисая(ну вот – наоборот!)Обедали мясисками,Вернее, колбасисками,И невозможно высказать,Как было вкусно им!Кормил их дедый седушка(опять я что-то путаю!),Зелёнка травенелася,И пахло чесноком.На лизыке растаялиКуски собачьей радости…Но тут мясиски кончились —И сказочке конец!Ольга Арефьева. «Сказка про мясиски»

88.

Окончание прилагательного добавляется даже к неопределенному местоимению нечто, к архаическому союзному слову иже:

Вечером нечего,Речка нейдёт в ведро.Вечево во облацех,нечтое вечеро.Олег Вулф. «Путник»89 ; Не белые и не рыжие,в крепких ладошках, ижие,сжимающие апачикитак, что белеют пальчики.апачики раздающие,бьющие, хоть не бьющие,коляны, колоны, клоуны,на досочках намалеваны,линялые распальцовщики,

несбывшиеся дрессировщики.Игорь Булатовский. «Афиша»90.

Следующий пример буквально воспроизводит механизм образования полного прилагательного (причастия), хотя окончание -я здесь не артиклевого происхождения, как в древности, а сначала является результатом ритмического акцентирования слова, а затем то же звучание дублируется личным местоимением:

Карамелизированный мир!Тайные конфеты-карамели.Мой пресладкий-сладкий-сладкий пирВ радостной конфетной карусели!Карамелизированна-я – Я! —Сладкая-пресладкая конфета —Я – в обёртке – золотиста-я – Я,Как в лучах полуденного света!И возможно, я – уже не я…Исчезаю с карамельным стоном…Там, в Конфетной вазе Бытия,Я откликнусь карамельным звоном!Людмила Осокина. «Карамелизированный мир…»91.

Авторские формы сравнительной и превосходной степени, образованные от разных частей речи