Гражданская война в Испании. 1936-1939 гг.

Батальон сразу же добился еще одного успеха. С помощью мощной мины (50 килограммов взрывчатки) удалось вывести из строя важный железнодорожный туннель. Следовавший с грузом боеприпасов поезд зацепил специально сделанную петлю и втащил аккуратно заложенную в автомобильную покрышку взрывчатку прямо в туннель, где произошел страшный взрыв. Эшелон горел несколько суток, а рельсы, вплавленные в камень, пришлось затем вырезать автогеном. Причем мятежники никак не могли понять причину взрыва, так как подступы к туннелю охранял целый батальон, не заметивший никаких диверсантов.

Но успехи разведчиков-диверсантов, конечно, не могли компенсировать падения Малаги, которое вызвало бурю возмущения в республиканском лагере. 14 февраля 1937 года в Валенсии прошла 300 тысячная демонстрация под лозунгами «Единое командование и ответственность для всех!», «Срочное создание Народной армии!». Кабальеро подозревал, что за спиной демонстрантов стоят коммунисты, которых он не любил по двум причинам. Во-первых, он завидовал боевой славе КПИ, сложившейся после битвы за Мадрид. Во-вторых, его пугал резкий рост рядов компартии (к марту 1937 года, несмотря на огромные потери на фронтах, партбилеты имело 249 тысяч коммунистов) и близкого к ней идеологически ОСМ (45 тысяч членов). В конце 1936 года под давлением рядовых членов ИСРП руководство социалистов стало вести с компартией переговоры о единстве действий с перспективой слияния обеих партий в одну. Ларго Кабальеро понимал, что в этой единой партии тон будут задавать более многочисленные, организованные и популярные в стране коммунисты. Тревожило премьера и преобладающее влияние коммунистов во вновь создаваемых бригадах Народной армии (причем, как среди командного состава, так и политических комиссаров).

Еще 18 декабря 1936 года ЦК КПИ опубликовал манифест, получивший название «Восемь условий победы», а котором говорилось, что необходимы:

1) обеспечение беспрекословного авторитета центрального правительства республики;

2) введение всеобщей воинской повинности;

3) железная дисциплина в тылу;

4) национализация военной промышленности;

5) создание единого органа руководства производством, чтобы максимально обеспечить потребности армии;

6) рабочий контроль за производством;

7) стимуляция сельхозпроизводства путем справедливых для крестьянства закупочных цен;

8) направление аграрного и промышленного производства на одну цель — выиграть войну.

Главным пунктом разногласий коммунистов и Ларго Кабальеро в начале 1937 года был вопрос о введении воинской повинности. «Милитаризация» милиции, проведенная Кабальеро в сентябре — октябре 1936 года на практике означала перевод партийных формирований на казенное довольствие (10 песет в день, плюс питание и обмундирование), вне зависимости от участия в боевых действиях. Поэтому в начале 1937 года при списочном составе милиции около 600 тысяч бойцов, на фронтах находилось не более 300 тысяч. Анархисты просто переименовали свои колонны в бригады, но продолжали игнорировать приказы командования. По-настоящему регулярные армейские части республики в тот период состояли только из войск Мадридского участка обороны и интербригад. Коммунисты предлагали Кабальеро дифференцировать денежное довольствие бойцов (10 песет на фронте и 5 — в тылу), но премьер противился этому, так как тыловыми частями часто командовали именно его сторонники. Всего каждый член милиции обходился казне в 20 песет в день, и долго такие расходы республика выдержать просто не могла.

Ларго Кабальеро считал себя большим полководцем. Он считал, что тактика — это удар с фронта, а стратегия — обход с фланга. Но, обладая такими примитивными военными познаниями, он был крайне нетерпим к любой критике, подозрительно относился к советским военным советникам. Созданный в 1936 году Высший военный совет из представителей всех организаций Народного фронта фактически бездействовал, и Кабальеро рекомендовал политическим лидерам союзных партий читать газеты, чтобы узнавать о положении на фронтах. Центристы из ИСРП во главе с Прието понимали всю узость взглядов премьера, но сознавали, что любая их критика будет встречена в штыки.

Разгром под Малагой заставил Кабальеро издать 21 февраля 1937 года декрет о призыве в армию пяти возрастов на основе всеобщей воинской повинности. Был снят с должности крайне непопулярный заместитель военного министра Асенсио (правда, на его место был назначен друг Кабальеро по левому крылу соцпартии журналист Бараибар, не имевший вообще никакого воинского образования). «Козлом отпущения» сделали полковника Вильяльбу, осужденного к лишению свободы за «преступную халатность» (потом полковника выпустили из тюрьмы и вновь включили в состав действующей армии). Пойдя на эти уступки, Кабальеро одновременно издал манифест (так называемый «Манифест о змеях и гадах»), в котором, намекая на коммунистов, сожалел о подрывных действиях ряда партий, входящих в правительство.