Читаем Григорий Распутин. Россия под гипнозом полностью

Надеюсь, после прочитанного у тебя, дорогой читатель, сложилась чёткая картина произошедшего. Уверен, лучше всего запомнилось то, что случилось во дворе близ Юсуповского дворца. Так вот, к этой заключительной сцене громкой трагедии предлагаю отнестись очень-таки сдержанно.

Григория Распутина убил НЕ Феликс Юсупов. И даже НЕ депутат-монархист Пуришкевич.

Тот и другой не рассказали главного: после того как Распутин выбежал из дома во двор, и прозвучали выстрелы Пуришкевича, «старца» добивали.

Распутина убил некто третий.

…Декабрьской ночью шестнадцатого года,Когда лишь месяц глубоко не спал,Великий князь Романовского родаВ подвале дома «старца» убивал.И Революция – блудница момента,Как будто только этого ждала!За то, что мы кричали: «Власть – Советам!», —С нас строго спросит маузер в Че-Ка.Юнкер В. Марьин


Глава II

…И от всякого, кому дано много, много и потребуется, и кому много вверено, с того больше взыщут.

Лк 12:48

Убийство же его [Распутина] – одна из самых темных страниц в истории русского общества, и вопрос о его виновности остается неразрешенным.

Фрейлина А. Вырубова

Санкт-Петербург, 2011 г.

…На том месте, где когда-то застрелили Григория Распутина, в наши дни ничего не напоминает о той ночной трагедии. Сегодня там… детская площадка.


Об этой детской площадке разговор особый.

Приехав как-то в Санкт-Петербург, мы с супругой решили посетить знаменитый Юсуповский дворец. Был жаркий июньский полдень, но лёгкий ветерок с Невы позволял дышать полной грудью. Миновав площадь у Исаакия, мы вышли на Мойку и вскоре были на месте.

При покупке билетов на специальную экспозицию, посвящённую убийству Распутина, выяснилось, что до начала экскурсии ещё минут тридцать. Ну, тридцать так тридцать, где-то их нужно было скоротать. Решили устроиться поблизости и, заприметив на ближайшей детской площадке скамеечку, побрели туда. Присели, достали столь необходимый при подобных «вылазках» термос и затеяли неторопливый разговор. Хотя, по правде сказать, наш разговор больше походил на монолог, потому как, будучи сильно взволнован предстоящим событием, говорил, в основном, я один.

– Интересен даже не сам дворец, – делился я своими мыслями с супругой, – а место, где убили «старца». Ведь случившееся в подвале Юсуповского дворца – это одно; другое дело – место во дворе, где всё было кончено…

К нашему удивлению, экскурсия закончилась относительно быстро. Мы воочию познакомились со ставшим легендарным подвалом, куда Феликс Юсупов заманил Распутина; и с дверным зеркальным лабиринтом, с помощью которого князь надеялся окончательно запутать «гостя», перекрыв тому все пути к бегству. Поразили нас и уникальные манекены главных героев минувшей драмы, выполненные в стиле кукол мадам Тюссо.

И вот, наконец, мы очутились у неприметного выхода на первом этаже дворца.

– Снаружи эту дверь не сразу и заметишь, – пояснил нам гид. – Но именно через неё Распутин и выскочил во двор соседнего дома…

Выйдя на набережную Мойки, мы немедля двинулись к торцу здания: хотелось теперь уже с улицы увидеть загадочную дверь. Так и есть, прикрытая кустом то ли сирени, то ли другого какого дерева, она почти слилась с кирпичной старинной стеной. И всё же дверь была!

Но что это? Получается, в том далёком декабре 1916-го Распутин выскочил именно туда, где сегодня разбита детская площадка, по периметру которой разместилась пара уютных скамеек. Бывает же: по всему выходило, что местом убийства «старца» являлся участок, где как раз и стояла скамеечка, на которой мы менее часа назад ожидали экскурсию.

Место давней трагедии, как оказалось, не требовало тщательных поисков: то место было перед нами…

* * *

Во время описываемых событий император Николай II находился в Главной ставке своей армии, расквартированной в Могилёве. В шесть часов вечера 17 декабря в Ставке Верховного главнокомандующего с пометкой «срочная» была получена важная телеграмма.

Отправителем «молнии» был министр внутренних дел А. Протопопов:

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
100 великих кумиров XX века
100 великих кумиров XX века

Во все времена и у всех народов были свои кумиры, которых обожали тысячи, а порой и миллионы людей. Перед ними преклонялись, стремились быть похожими на них, изучали биографии и жадно ловили все слухи и известия о знаменитостях.Научно-техническая революция XX века серьёзно повлияла на формирование вкусов и предпочтений широкой публики. С увеличением тиражей газет и журналов, появлением кино, радио, телевидения, Интернета любая информация стала доходить до людей гораздо быстрее и в большем объёме; выросли и возможности манипулирования общественным сознанием.Книга о ста великих кумирах XX века — это не только и не столько сборник занимательных биографических новелл. Это прежде всего рассказы о том, как были «сотворены» кумиры новейшего времени, почему их жизнь привлекала пристальное внимание современников. Подбор персоналий для данной книги отражает любопытную тенденцию: кумирами народов всё чаще становятся не монархи, политики и полководцы, а спортсмены, путешественники, люди искусства и шоу-бизнеса, известные модельеры, иногда писатели и учёные.

Игорь Анатольевич Мусский

Биографии и Мемуары / Энциклопедии / Документальное / Словари и Энциклопедии