<p>Дэвид Макрейни</p><p>И все-таки она плоская! Удивительная наука о том как меняются убеждения, верования и мнения</p>

David McRaney

How Minds Change: The Surprising Science of Belief, Opinion, and Persuasion

© 2022 by David McRaney

© Хафизова Р., перевод на русский язык, 2023

© ООО «Издательство АСТ», 2024

* * *

Памяти Блейка Паркера

Спасибо за то, что у единственного ребенка в семье появился брат – источник моих бесконечных историй, и за ценные уроки о том, как перехитрить Вселенную.

<p>Введение</p>

Мы с вами отправляемся в путь, на протяжении которого будем изучать, как формируется и меняется наше мышление. К концу этого пути вы научитесь не только переубеждать других людей, но и менять свои собственные убеждения. По крайней мере, я на это надеюсь, потому что и сам научился делать это, что помогло мне достичь успеха в разных сферах жизни.

Я написал две книги о когнитивных искажениях и логических ошибках, а затем на протяжении нескольких лет вел подкаст на эти темы и был полон скепсиса по поводу изменения мышления, что, возможно, сейчас чувствуете и вы. На сцене ли, с микрофоном в руках или в статьях я часто повторял, что нет смысла пытаться изменить точку зрения людей в вопросах, касающихся политики, различных предрассудков или теорий заговора, а уж тем более – если предмет спора сочетает в себе три этих темы.

Вспомните последний случай, когда вы пытались изменить чью-то точку зрения. У вас получилось? Благодаря интернету у нас больше, чем когда-либо прежде, возможностей соприкоснуться с людьми, у которых другая точка зрения в интересующих нас вопросах. Поэтому не исключено, что вы недавно спорили с кем-то, имеющим иное, чем у вас, мнение. И я уверен, что этот человек не изменил свою точку зрения даже тогда, когда вы, как вам казалось, предоставили ему очевидные доказательства его неправоты. Скорее всего, этот человек, поспорив с вами, не только разозлился, но и еще больше уверовал в свою правоту и вашу неправоту.

Я вырос в Миссисипи, и, как и для многих представителей моего поколения, такого рода споры были частью нашей повседневной жизни задолго до того, как интернет познакомил нас с внешним миром, наполненным разногласиями. В то время герои фильмов и телепередач постоянно выражали мнения, противоречившие всему тому, что мы слышали от взрослых: о том, что Юг снова восстанет, что свободная любовь – грех, а эволюция – всего лишь теория. Наши семьи словно застряли в другой эпохе. Шла ли речь о каком-то научном факте, о нормах, принятых в социуме, или о политической позиции, – то, что было для моих друзей очевидным, неизменно приводило к спорам в наших семьях, особенно во время разных семейных торжеств. В итоге большинство из нас просто перестали спорить. Не было никакого смысла пытаться изменить точку зрения других людей.

Мы становились циниками не только теоретически. Живя в Библейском поясе[1], каждый из нас вынужден был время от времени нарушать какие-то общепринятые правила.

Например, однажды я оказался свидетелем сцены, когда мой отец довольно жестко осадил человека, досаждавшего моему дяде, владевшему цветочным магазином. При этом отцу даже не пришлось просить меня, чтобы я сохранил происшедшее в секрете. Я и сам знал, что нужно помалкивать о случившемся, – и мы оба никому не обмолвились ни словом.

Я был фанатом науки, и мой цинизм лишь стал крепче, когда я начал работать в местных газетах, а потом и на местном телевидении. В тот период в нашу жизнь как раз вошли социальные сети. До того как стать научным журналистом, я работал на WDAM-TV в Эллисвилле, штат Миссисипи, и в мои обязанности входило модерирование страницы новостей. Годами я ежедневно проводил часть дня, читая обескураживающие комментарии разгневанных зрителей, угрожающих бойкотировать телеканал всякий раз после выхода очередной научной передачи, которая не соответствовала их мировоззрению.