Я — социопатка. Путешествие от внутренней тьмы к свету

Я взяла книги и вернулась к стойке информации, где с хмурым видом сидела Шелли.

— Спасибо за книги, — сказала я. — Я еще вернусь. Только поговорю с профессором.

Шелли медленно кивнула и озадаченно взглянула на меня.

— А ты права, это очень странно, — сказала она. Перед ней лежала стопка старых словарей. — Я про социопатов. Этого слова нигде нет.

На следующей неделе я договорилась с доктором Слэк о личной встрече. Ее небольшой уютный кабинет находился на первом этаже корпуса психологического факультета.

— Добро пожаловать, Патрик, — она тепло поприветствовала меня. — Чем могу помочь?

Я улыбнулась в ответ:

— Во-первых, хочу сказать, что мне очень понравилась ваша лекция о социопатии. Очень интересная тема. Я решила написать по ней курсовую.

Я заготовила этот комплимент, но говорила искренне. Мне нравилась доктор Слэк и нравилось чувство, которое я испытала, сообщив о своем интересе: я будто потихоньку выглядывала из своего тайного укрытия.

— Проблема в том, что, когда я начала изучать тему более пристально, у меня возникли трудности. Оказывается, о социопатии не так уж много известно. Я пошла в библиотеку, и мне сказали, что «расстройства» даже нет в диагностическом справочнике.

— Да, — подтвердила Слэк. — Его заменили «антисоциальным расстройством личности».

— Но почему? Ведь диагностические критерии разные?

Она кивнула, удивившись моей осведомленности, и откинулась в кресле.

— Хороший вопрос, — с ноткой удивления в голосе ответила она. — А сама как думаешь?

Я порылась в сумке и достала диагностический справочник, который стащила в библиотеке.

— Вот здесь, — я открыла книгу, — перечислены критерии АРЛ. Но вы посмотрите. — Доктор Слэк пробежала глазами список. — Единственный личностный критерий — отсутствие угрызений совести, — продолжила я. — Остальное — поведенческие критерии. Неспособность подчиняться социальным нормам, склонность к обману… Все это касается поведения, а не личности.

— И что? — спросила она.

Я склонила набок голову, будто ответ был очевиден:

— А то, что это ненадежный критерий. Откуда нам знать, что все социопаты так себя ведут?

— Что ж, — выдержав приличную паузу, ответила она, — наличие диагноза АРЛ еще не значит, что перед нами социопат. Диагноз, скорее, указывает на социопатию. Большинство психологов сходятся во мнении, что диагностика АРЛ — всего лишь первый шаг к постановке диагноза «социопатия».

— Но это не имеет смысла, — я покачала головой.

— Почему?

Я сделала глубокий вдох:

— Потому что, чтобы тебе поставили диагноз «антисоциальное расстройство», нужно стать преступником, причем в юном возрасте. Нужно, чтобы тебя арестовали или исключили из школы, причем не раз, а много раз. Тут так и написано, — я указала на книгу. — Диагноз ставится на основе отклонений в поведении. Но эти отклонения можно засвидетельствовать лишь в одном случае: если тебя поймают.

— Именно, — ответила доктор Слэк.

Я всплеснула руками.

— А как быть с теми, кого не поймали? — спросила я. — Как быть с более дисциплинированными социопатами, которые научились себя контролировать? — Она не ответила, и я продолжила: — Вы говорите, что диагностировать социопатию можно только на основе диагностированного поведенческого расстройства. — Я нахмурилась. — Так вот, это бессмысленно! Тогда, выходит, у всех социопатов должны быть приводы, а это точно не так.

Доктор Слэк задумалась и согласно кивнула:

— Интересное наблюдение.

Я достала из сумки заметки:

— На лекции вы говорили, что у многих психических расстройств бывают спектры, так? Вот здесь у меня записано. Например, существует аутистический спектр. В некоторых случаях симптомы более проявлены, в других — менее.

— Это так.

— А что, если с социопатией то же самое? — спросила я. — Что, если лишь некоторые социопаты — малая часть — находятся в проявленной части спектра, а до полиции и исключения из школы доходит не у всех?

— Ты намекаешь, что есть социопатический спектр?

— Да.

— Такого я еще не слышала, — с улыбкой ответила она. — Уникальная теория. Зато мы определили тему твоей курсовой.

Но я еще не закончила.

— А как вам это? — спросила я, снова порылась в сумке, достала книгу «Под маской здравомыслия» и открыла ее в том месте, где перечислялись черты психопатической личности. — Это книга про психопатов, — я постучала по странице, — но библиотекарша сказала, что раньше эти критерии использовали для диагностики социопатии.

— Да, — ответила доктор Слэк, — это действительно так.

— Но я не понимаю, — сказала я, — в чем разница?