Я стираю свою тень

— Нет. Одна я бы смогла, но без тебя не уйду. Буду действовать по обстоятельствам. Будь всегда на виду, иначе я решу, что тебя удерживают.

— Да обойдется всё, Айрис. Он мог и обознаться. Мало ли красивых девушек в городе, похожих на тебя. Да сотни, наверное.

— Сколько? — напарница хмуро посмотрела на меня.

— Десять точно наберется. Я имею в виду типаж.

— Ты чего тут ошиваешься? — из ниоткуда, как черт из табакерки, появился Самуил. — Иди к печке.

— Вы, уважаемый, не увлекайтесь своим театром, — осадил я его. — У нас тут эпизодическая роль. Отыграем разок и разбежимся.

— Мне за вас поручились очень влиятельные люди. Будьте любезны, не подведите их, — нравоучительно произнес банщик.

— Не подведем, — пообещал я ему.

— Иди, не спорь, — Айрис мягко подтолкнула меня в нужном направлении.

Кажется, обстоятельства играли моей напарницей, что было странно наблюдать. Все ее вычислительные мощности не смогли рассчитать подобный исход. Или же она слишком переоценивала их, ни разу не применяя в по-настоящему опасной ситуации с большим количеством неизвестных. Я пригорюнился. Воображение рисовало мне закат карьеры детектива на дне реки с тяжелым грузом бетона ногах.

Полчаса, что провел в сауне криминальный квартет, показались мне вечностью. Наконец они выбрались оттуда, красные как раки, и перебрались в беседку. Фыркали и пыхтели, как рассерженные индюки, и сразу же кинулись к бокалам, наполненным холодным пивом.

— Все чакры раскрылись, — довольно произнес толстый друг нашего клиента и распахнул полотенце.

— Там чакра-то, — поддел его франт.

— Эта чакра раскрывается в другой ситуации, — толстяк кивнул на Айрис, вынужденную работать нагнувшись. Из-под платья выглядывали упругие ягодицы.

— Вижу, кастинг у тебя на высшем уровне, — зацокал языком второй толстяк. — Я бы тоже проверил ее на профпригодность. Есть тут у нее агент, с которым можно обговорить детали?

— Придержите свои чресла в узде. Смотрите, какая погода, какой воздух. Присаживайтесь, — «крестный отец» пригласил друзей за стол.

— Себе присмотрел? — толстяк усмотрел в словах авторитета ревность.

— Только в качестве работницы и для эстетического удовлетворения. Всех красавиц не перечпокаешь. Знаете, что раньше на Руси бабников в дружину не брали?

— Почему это?

— Ссыкливые они. Обязательно дрогнут на поле боя.

— Ну, не знаю. Я и по бабам смелый, и в бою ого-го. Наверное, — толстяк рассмеялся, тряся большим животом.

Подельники поддержали его смехом. Айрис делала вид, что их шутки её совсем не касаются. Прекратила сервировать стол и встала неподалеку в ожидании распоряжений. Я следил за представлением издалека, но кое-что мог расслышать. Мне жутко хотелось бросить под стол этим ублюдкам гранату, чтобы их «чакры» разлетелись по веткам деревьев. Мужчины расселись по своим местам. Айрис разлила в стопки ледяной водки.

— Ну, — наш клиент решил произнести тост, — за то, что выбрались посидеть, отдохнуть.

Они чокнулись, выпили и сразу полезли закусывать. Начался разговор, который спланировала Айрис. «Крестный отец» решил сразу поиграть на нервах. Он махнул Айрис, чтобы та обновила стопки.

— Дело серьезное намечается, парни, надо бы затянуть пояса ненадолго, ужаться в расходах. Выгорит — будем в шоколаде.

— Что за дело? — спросил один из толстяков.

— Пока без подробностей.

— Не доверяешь? — поинтересовался франт.

— Как можно? Верю, как самому себе. Есть правило: хочешь, чтобы дело пошло — не болтай о нем. Ради нашего же с вами материального блага, — авторитет поднял стопку. — На днях подобью весь налик и на счетах, прикину хрен к носу, на что можно рассчитывать. Давайте, за сбычу, — он протянул стопку в центр стола.

Его подельники поддержали тост, но как-то без особых эмоций. Айрис подошла и стала разливать водку в опустевшие рюмки, заглядывая в лица каждого из сидящих за столом.

— По сколько скидываться думаешь? — спросил франт.

— По полтиннику, — не моргнув глазом, произнес наш клиент.

Сумма эта была озвучена неспроста. Именно пятьдесят миллионов рублей исчезли из наличного общака. Айрис пробежалась по всем оценивающим взглядом. Авторитет бросил в ее сторону вопросительный взгляд. Моя напарница незаметно пожала плечами, дав понять, что пока не определилась с выбором кандидатуры.

— Не дохрена ли? — поинтересовался толстяк, который показывал свои «чакры». — Такие деньги так просто не собрать.

— Колхоз — дело добровольное. Не соберешь — не войдешь в дело. Кто-то может и по-легкому полтинник зашибить. Правда же, парни?

Айрис, почувствовав появившийся в воздухе психологический накал, решила обойти стол. Толстяк, который видел ее со следователем, бросил в сторону моей напарницы холодный презрительный взгляд, который она заметила. Сомнений не было: он узнал ее, и помнил обстоятельства, при которых это случилось. Это была в некотором смысле подстава нашего клиента, роняющая его авторитет.

— Откуда у тебя эта шмонька? — прямо спросил толстяк у «крестного отца».

— Эта? Без понятия. Я их не нанимаю, — он повернулся к Айрис. — Девица, из каких ты краев?

Айрис скромно потопталась с ноги на ногу.