Я твой монстр

  Длинновласка и Белобрысая Коса зашушукались между собой, бросая на меня голодные взгляды. Они что, женщин не видали много сезонов, что и на монстра теперь готовы позариться? Вот только жаль, они ещё не догадываются, к какому виду двуногих я отношусь.

  Стоп. Это что получается. По меркам людей я внешне привлекательная? Неожиданная мысль. Но Дину лучше извернуться и договориться с сородичами по-хорошему, а то с такими я если и попытаюсь договориться, то дойдёт до летального исхода – моего или их.

  – Не выйдет. Я плохо сплю, если не обнимаю женщину, – серьёзным тоном сказал Дин, введя сначала мужчин в ступор, а затем заставив разразиться хохотом.

  – Я вот не могу заснуть, если не обнимаю бутылку с бурбоном, – выдавил сквозь смех Бородач, попеременно обмениваясь взглядами с соратниками.

  – У каждого свои недостатки, – ответил Дин, пресекая своим замечанием всё веселье и переходя к делу: – Нам нужно пройти по стене, а потом спуститься у тридцать шестой башни.

  – Вам придётся топать несколько часов без отдыха, а к тому времени настанут сумерки, – отметил Бородач.

  – Мы спешим. И время суток для меня и монстров не имеет значения.

  – Так пожалей девушку, – попытался уговорить вновь главный страж. – Негоже малышке стирать свои ножки в кровь и спать на земле.

  От его слащавого тона меня передёрнуло. Так и захотелось прошептать Дину «пять минут» – именно столько я готова потерпеть этих вонючих мужланов, а потом сам решай: нужен тебе монстр-проводник или живые и бесполезные стражи стены. Нет. Две минуты. Я не настолько щедрая по сравнению с охотником.

  – Мне стоит сообщить во дворец, что капитан двадцать третьей башни ведёт себя неподобающим образом, развращая отряд и приводя данный участок в непригодный вид? Не удивлюсь, если последняя волна монстров прошла на наши земли именно в этой части стены, – произнёс Дин холодным тоном, от которого я сама поёжилась, а после только порадовалась, что не являюсь этим самым капитаном и тем более не могу видеть лицо охотника, стоя позади.

  Повисла пауза. Бородач напряжённо обдумывал свой ответ, видимо боясь сплоховать на словах и потерять работу. Капитану же положено платить больше, ведь он выше по статусу, чем простой солдат? Тогда этот мужчина точно не хочет лишиться насиженного места.

  – Прошу, – расплываясь в неправдоподобной улыбке, пригласил нас Бородач, широким жестом указав на распахнутую дверь.

  Дин, не отводя взгляда от стражей стены, завёл левую руку назад, нашёл мою ладонь, схватил и потащил за собой. Я лишь постаралась быть как можно ближе к знакомому и более понятному человеку, украдкой наблюдая за последовавшими за нами мужчинами.

  Большая круглая башня, внутри которой было значительно холодней, чем снаружи под лучами межсезонного солнца[18]. Каменная кладка поражала своей толщиной и массивностью: эти башни со стеной строили на века. На первом этаже пусто, только два факела освещали помещение, позволяя людям разглядеть проходы: слева большой и широкий, справа два узких – один с каменными ступенями ведущими наверх, а второй с дверью, закрытой на массивный навесной замок. Пахло землёй, сеном, людьми, лошадьми, навозом и едва коптящими факелами. Судя по звукам, слева располагалось стойло.

  Капитан зашагал на второй этаж, там свернул направо и поднялся дальше, а мы следовали за ним: Дин впереди, а я позади, сдерживаясь, чтобы не достать хвост. Ступать по высоким ступеням и ощущать за собой опасность было более чем неприятно. Вся напряглась, готовая в любой момент ответить на неуместное движение любого мужчины, но они молча замыкали нашу группу, не желая навлекать проблем на себя и на своего капитана.

  Бородач не стал нас заводить на этажи, где запахи указывали на жилые помещения, а сразу довёл по системе лестниц на самый верх. Указав направление, он сказал:

  – Идти в ту сторону. Балден, пойдёшь с ними до тридцать шестой, чтобы их не останавливали на каждой башне. Сам можешь вернуться к утренней смене.

  Нашим сопровождающим оказался любитель плести косы. По его лицу было заметно, что поручению он не был рад, но спорить с капитаном не стал и пошёл вперёд. Дин, пожелав тихой службы без особой вежливости в голосе, двинулся за провожатым. Мою руку охотник выпустил несколько десятков шагов спустя и продолжил путь, иногда оглядываясь, чтобы проверить, следую ли я за ним.

  Можно подумать, мне хватит смелости сигануть вниз со стены, которая возвышается больше, чем на три этажа. Я же ноги переломаю при приземлении, и то, если повезёт. Сломанные кости – малоприятное приобретение даже на недолгое время. Да и валяться под стеной и ждать, пока они срастутся, как-то неохота. Вид снизу на это строение ош-ш-шеломительный, но я уже вполне налюбовалась им.

  На каждой последующей башне мы натыкались на нескольких дозорных. Все они прекрасно знали нашего сопровождающего и легко верили его словам о том, что «этих» велено довести до тридцать шестой башни, и пропускали дальше, не замедляя наш ход.