Я твой монстр

  Дин всё же взял мою руку, примостив её на своей, объясняя это тем, что так будет лучше. Спрашивается: для кого? Выглядело это так будто я к нему прицепилась сама, но вырываться не стала, заметив взгляды окружающих, и решила, пусть народ думает, что у охотника все под контролем. Лучше всего усыпить бдительность людей, и заставить их думать, что я безобидная и глупая девчонка. Возгордившись видимым превосходством, любой способен совершить ошибку. Например, выйти один на один с непутевым монстром, а в итоге проиграть. А ополчить всех против себя  — я всегда успею. 

  В центре зала в танце кружило десяток пар, ничуть не стесняя тех, кто пока не воспользовался главным развлечением этого вечера, после издевательств над безобидным монстром. Все, кто попадался нам на пути, спешили посторониться. Дамы, казалось, вот-вот попадают в обморок от такой близости ко мне. А мужчины, кто был при оружии, хватались за рукоятки мечей, а кто был с пустыми руками, пытались спрятаться за более прозорливых и подготовленных к сегодняшнему балу или же за своих спутниц.

  К тому же Дин провел меня через зал к выходу на балкон не самым коротким путем. Это, видите ли, для того чтобы помелькать перед присутствующими, но не обременять себя их обществом.

  На улице стремительно сгущались сумерки. Свет из зала хорошо освещал открытую террасу. Люди, что прохлаждались здесь, поспешили удалиться в бальную, от кровожадного монстра подальше. 

  Ну, если меня не накормят, точно присмотрю себе пару подходящих вариантов. Хладнокровно напасть не смогу, но, если они помогут мне — убедят защищаться — с удовольствием покусаю, для общей профилактики. Все-равно убить меня не смогут. Вот только после такого придётся делать лапы подальше от Дин — он ведь теперь единственный, кто может спустить с меня шкуру.

  Охотник выпустил мою руку. Я же попыталась рассмотреть с балкона окрестности. Картина не сильно отличалась от уже увиденной из моей комнаты. 

  - Как голова? - спросил Дин, развернувшись в сторону зала и прислонившись к перилам рядом со мной.

  - А что с ней? 

Попыталась осторожно коснуться той конструкции что на ней возвели, чтобы найти ответ самой, и по возможности не разрушить всё.

  - Чешется?

  - Не напоминай, - шикнула я на него, потому что зудящее чувство от этого лишь усилилось.

  А он хмыкнул. Веселится, значит. 

  Нужно быстрее сообразить, какой вопрос ему задать, а то от молчания Дину до такой степени скучно, что начитает глупости спрашивать. Самой главное не сглупить бы.

  - Итак, кто такая Лиз? - Я повернулась к нему, бедром облокотившись на перила.

  - Самый лучший друг, - с загадочной улыбкой сказал Дин.

  - Друг? Значит, это она приходила в казематы и пыталась тебя «спасти»?

  Он рассмеялся, но резко замолк, изменившись в лице:

  - Нет, она знает, что меня спасать не надо, - пристально смотря на что-то, ответил Дин.

  Я проследила за его взглядом и — да разорвут меня Первые Монстры! — до жути замаскированная иллюзиями к нам приближалась женщина. От неё пахло цветами не хуже, чем от всего дворца разом. Ярко-красная помада под цвет платья. Шея и плечи оголены, а грудь того и глядишь выскочит из объятий корсета. Темные волосы, как и в прошлый раз, собраны на макушке и украшены заколками.

  А не много ли тут дам в красном? Они что, пытаются так меня напугать или наоборот — раззадорить на нападение? Глупые люди, приравнивают меня к животному? Не хочу их расстраивать, но цвет одежды меня точно не напугает и не раздражает, в отличии от того, кто её носит.

  - Дин, что же ты не здороваешься? Потанцуй со мной, в качестве извинений, - прощебетала Кассандра-Куст, не забыв попытаться припасть к груди моего охотника. 

  Нет, опять начинается — худшие черты створгов. Он не мой, я — не его. Никто ничей!

  Дин мягко, но настойчиво отстранил этот ходячий Бюст, то есть Куст, от своего, бесспорно привлекающего внимания тела, тем более в таком шикарном костюме, говоря:

  - Я сейчас занят, если ты не заметила.

  Молодец, охотник! Теперь она более чем заметила.

  - А, это, - с презрением бросила она в мою сторону, и потянулась своей ручкой к лацкану его камзола. - Имей в виду я не из тех женщин, что будет запрещать своему мужчине развлекаться, как ему того хочется и с ЧЕМ хочется, - говорила она, водя пальчиком по вышитому золотому узору.

  Она меня сейчас в подстилки записала? Она что, бессмертная, заявлять такое о монстре?! При монстре! Инстинкт самосохранения вместе с мозгами отдала за бюст? 

  Не стала сдерживаться и прорычала, буравя её злым взглядом, а под таким углом глаза ещё и сверкнуть должны были. Но Кассандра даже не вздрогнул и не посмотрела в мою сторону.

  Дин перехватил руку этой — не побоюсь этого слова — сучки, останавливая её странную игру.

  - Где твой отец? - холодно поинтересовался он у Кассандры.

  Та захлопала ресницами, строя из себя невинную овечку.

  - В зале. Разговаривал с кем-то из генералов.

  Могу с полной уверенностью заявить, что такую, как Кассандра, разок хвостом приложить — не поможет, даже если и не разок. Если женщина стерва, то это не лечится. Ну, если только посмертно.