Яркий свет, черные тени: Подлинная история группы ABBA

На бумаге 45-минутное шоу «Festfolk» выглядело как довольно занимательное представление, по крайней мере, по сравнению с другими подобными постановками того времени. При поддержке танцевальной группы Lolas Агнета, Бьерн и Бенни открыли шоу номером «Skriva latar» («Писать музыку»), в котором попурри из их хитов создавало основу для беспечного отношения к сочинению песен.

Фрида исполнила «Тге kvart fran » («Спустя три четверти часа»), волнующую балладу о любовнице, размышляющей о повседневной семейной жизни своего любовника меньше чем через час после их тайного свидания. Агнета и Фрида исполнили песню «Vi аг vaninnor» («Мы подруги»), в которой пели о том, какие они хорошие подруги. Забавным контрапунктом этим взаимным уверениям в дружбе на заднем плане звучала запись, на которой они выражали свои истинные, менее нежные чувства по отношению друг к другу.

Бьерн и Бенни исполнили дуэтом эксцентричный номер «Arga unga man, forenen eder!» («Сердитые молодые люди, объединяйтесь!»), выступая в роли маленьких мальчиков в детском саду, которые отстаивают свои права. Все это пелось под мелодию Интернационала и других гимнов и песен протеста. Текст к этому номеру сочинил Боссе Карлгрен (впоследствии он будет много работать с Агнетой), написавший также новые слова к песне Бьерна и Бенни «Hej gamle man!». Под новым названием «Туск от varann» («Заботьтесь друг о друге») она явилась финалом шоу.

«Festfolk» получил хорошие отзывы, и его можно было бы счесть успешным, но в нем определенно имелся какой-то изъян, ибо уже во время премьеры в Гетеборге появились тревожные признаки. «За столами в практически пустом зале сидели всего несколько пар», — вспоминает Агнета.

Дело заключалось в том, что, несмотря на популярность членов квартета, никто из них не обладал талантом комика, необходимым для исполнения сценок и шуток. Особенности ресторанной аудитории еще более осложняли им задачу. «Это совершенно непритязательная публика, но они едят и пьют во время шоу,. вспоминает Бьерн. — Только, кажется, ты нашел контакт со слушателями, как кто-нибудь произносит: «Ваше здоровье!»

Исполнение песен, разумеется, не представляло никакой проблемы, но, несмотря на все усилия директора Тора Захриссона, они не смогли стать эстрадными артистами в традиционном понимании. Как говорит Бьерн: «Тогда-то мы и уяснили себе, что именно нам не следует делать».

В декабре шоу переехало на три недели в Стокгольм, а затем последовали два коротких тура в январе и феврале 1971 года. Отсутствие успеха в сочетании с трениями между двумя работающими вместе парами обратило триумф в катастрофу. Долгие поездки в маленьком автомобиле по скользким дорогам не способствовали снятию напряжения.

«Festfolk» не отразилось на отношениях Бьерна и Агнеты, но едва не привело к разрыву между Бенни и Фридой. Планы совместного летнего тура вскоре были похоронены, и в середине января Фрида заявила, что вместо этого отправится в тур со старым партнером Бенни по сочинению песен Лассе Бергхагеном. «Замечательное решение», — прокомментировал Бенни, и Фрида с ним согласилась. «Работать и жить вместе — не самая лучшая идея, — говорила она. — Мы ехали в одном автомобиле, вместе обедали, вместе выступали, останавливались в одном гостиничном номере. Так можно быстро надоесть друг другу».

Хотя «Festfolk» едва ли было таким уж плохим, как они его характеризуют, оно олицетворяло собой все то, чего группа хотела избежать. Бьерна коробило при одной мысли о них, «одетых в одинаковые коричневые комбинезоны и представляющих второсортное шоу». Для него этот период — самая низкая точка падения в карьере всех четверых. Особенно неприятно ему воспоминание о себе и Бенни в детской одежде с леденцами на палочках и пропеллерами в шляпах. «Слава богу, это шоу не было записано», — вспоминает он.

Когда в конце ноября «Hej gamle man!» стала хитом, они начали исполнять ее с первоначальным текстом, и этот номер пользовался у публики большей популярностью, чем любой другой. «Именно тогда мы поняли, что должны в будущем опираться на собственный материал, это был своего рода поворотный пункт».

«Hej gamle man!» стала самым большим хитом для каждого из них больше чем за год, поднявшись до пятого места в чарте продаж и до первого в Svensktoppen. С позиции сегодняшнего дня совершенно очевидно: это было недвусмысленное свидетельство их перспективности как группы. «Не думаю, что она стала бы таким хитом, если бы мы с Агнетой не спели в ней», — говорит Фрида.

Голоса Агнеты и Фриды наполняли звучание необыкновенной энергией, и они все понимали это. Но поскольку девушки были связаны контрактами с другими звукозаписывающими компаниями, создать постоянную группу было бы весьма затруднительно. К тому же не очень вдохновляющий опыт «Festfolk» мало способствовал стремлению воплотить эту идею в жизнь, по крайней мере в данный момент.