Император, бог и дьявол: Фридрих II Гогенштауфен в истории и сказаниях

Пфальцские вассальные фамилии, и, прежде всего, императорского стольника Маркварда фон Аннвайлера затмевали норманнских дворян. Фридрих Роджер, сын императора, провел первые свои годы в Фолиньо, дворце герцога фон Сполето, названного в Германии Конрадом фон Урслингеном. То, что влекло немецких феодалов через Альпы, было далеко не мистической «тоской по солнцу юга» (которая одаривала их малярией и дизентерией), а простой жаждой власти и богатства, и еще раз власти и богатства. С этими рыцарями, их свитами и наемными солдатами Генрих хотел создать свою мировую империю. Один греческий писатель описывает его почти болезненное честолюбие. Все его мысли вились вокруг проблемы, каким образом создать огромную монархию и водворить себя на место властителя всех царств. Перед его внутренним взором стояли как пример цезари Антоний и Август. "Он настойчиво стремился к их могуществу и говорил, подобно Александру: «И это, и то – все мое.» Выглядел он при этом измученно и озабоченно". После того, как ему благодаря счастливым обстоятельствам досталась Сицилия, он много раз вмешивался в конфликты между Англией и Францией, как глава мира.

Уже во времена Барбароссы императорские послы вынуждены были отвечать на протесты более «мелких» правителей из-за надменного к ним отношения. «Кто дал немцам право быть судьями у других народов?» – спрашивал разгневанный Иоганн фон Сэлисбари. Теперь уже доподлинно известно, что Генрих IV не только держал Англию в ленниках, но и хотел подчинить себе Францию. Штауфен даже заявил свои права на Кастилию и королевство Арагон, которое занимало некоторые территории, номинально принадлежащие к Провансу, владению империи. Тунис и Триполис – земли, завоеванные норманнами – он также хотел иметь под своей властью как «король Африки». Крестовый поход открыл новые манящие перспективы: брат Генриха Филипп, герцог Швабии, был женат на Ирене, дочери восточноримского императора Исаака Ангелоса, который в 1195 году был смещен братом Алексиосом II. Генрих решил заставить узурпатора подороже заплатить за признание на троне. Он потребовал византийские области на Адриатическом и леванском побережье, а также ежегодную дань, и угрожал в случае несогласия интервенцией. Князья Кипра и Армении, вассалы восточноримского императора, уже принесли ему свои клятвы.

Если задуматься над тем, с какой легкостью Константинополь стал в 1203 году добычей крестоносцев, сражавшихся главным образом за торговые интересы Венеции, то планы Генриха могут показаться вполне выполнимыми. В противовес к этому следует добавить, что в течение последнего года жизни Генриха повсюду крайне обострились мощные оппозиционные движения: в Германии, в Нидерландах, в папской области и прежде всего на Сицилии, где император весной 1197 года чуть не стал жертвой покушения норманнских баронов. Слухи говорили о сочувствии императрицы, у которой среди заговорщиков были родственники. В Швабию к герцогу Филиппу отправились послы: тот должен был забрать своего племянника, трехлетнего Фридриха Роджера, из-под надзора герцогини фон Сполето и привезти его в Германию для коронации. Филипп уже почти достиг Фолиньо, когда ему навстречу явился всадник с ужасной новостью: «Император мертв!» 28 сентября 1197 года 31-летний правитель внезапно скончался в Мессине, следуя за уже отплывшими крестоносцами. Причиной смерти, возможно, стала малярия и дизентерия. Герцог Филипп конечно же осознавал тяжесть возложенной на него ответственности. Как можно быстрее он едет обратно в Германию, чтобы на родине посовещаться с соратниками.