Империи Древнего Китая. От Цинь к Хань. Великая смена династий

С его точки зрения, традицию, последователи которой преодолевают ловушку неполноты через включение лучших особенностей всех других традиций и примирение с постоянными переменами и новшествами, следует называть «Великим Путем и его Властью». То есть даосизмом. Сыма Тань проследил традицию даосов до легендарного чиновника царства Чжоу по имени Лао-цзы, считающегося современником Конфуция возрастом постарше. Предание о деятельности Лао-цзы появилось в конце периода Сражающихся царств, чтобы приписать ему существование трактата, известного как Дао дэ цзин («Книга о Великом Пути и Добродетели»). Причем кое-кто из современных ученых сомневается в том, что такой исторический персонаж существовал на самом деле. Однако Дао дэ цзин наряду Чжуан-цзы послужили основополагающими трактатами для закрепления традиции даосов.

Со слов Сыма Таня получается так: «Даосы вызывают у народа энергию чистого духа для сохранения единства, для согласования их действий с этим аморфным догматом и для заботы обо всем сущем. В своей деятельности они следуют общему порядку, предписанному противоположностью инь и ян, они выбирают достоинства классиков и моистов и выделяют существенные моменты у последователей школы имен и легистов. Следуя за сезонными изменениями, меняясь вместе с окружающими предметами, даосы определяют привычки и ставят задачи, и их не в чем упрекнуть»⁵. С их программой совершенствования тела и нрава, определения своих действий по предметам аморфного происхождения и следования естественным шаблонам даосы в конечном счете станут одним из так называемых столпов китайской теоретической мысли наряду с конфуцианцами и буддистами.

Канон и его толкование

Важнейшим событием в интеллектуальной жизни китайцев конца периода Сражающихся царств считается учреждение привилегированной категории текстов, названных цзин, стоявших выше трактатов с их толкованием под названием чжуан. Носители всех философских традиций того периода истории заклеймили интеллектуальный спор как форму общественного раскола. При этом они утверждали, что их собственные концепции поддержания общественного порядка представляли собой изначальные принципы, провозглашенные древними мудрецами. Трактаты категории цзин и чжуан предназначались для выявления этих принципов и способов их объяснения.

Иероглифом цзин изначально обозначалось нечто бегущее через какую-то территорию и служащее средством управления этим нечто с подразумеваемым значением «сильный» и «непреклонный». Переносное значение иероглифа цзин включало понятие «граница» или «размежевание» как при прокладке параллельно-перпендикулярной структуры кварталов города с базарной площадью. Когда этот иероглиф дополнялся ключом вей, означающим «уток» (ткань, сплетение), тогда он означал коробление ткани. В дальнейшем эти два иероглифа, цзин и вей, начнут использовать для толкования понятий «долгота» и «широта». В остальных абзацах иероглиф цзин выступал просто в роли сказуемого, означавшего «привести в порядок» или «править подданными». При использовании его в качестве имени существительного он означал «руководящий принцип» или «неизменная норма»⁶.

Ближе к завершению периода Сражающихся царств знак цзин начинает появляться в названиях текстов и глав, а также применяться к определенной категории трудов. В таких случаях появление иероглифа цзин служило указанием на то, что обозначенные им тексты следовало считать незыблемыми или универсальными и что их авторы обеспечивают нашему миру порядок или разработали для него достойную структуру. Например, в заключительном разделе Чжуан-цзы утверждается, что монеты «постоянно приводят моистский канон [Мо-цзин]». Первые девять глав собрания очерков, посвященных управлению государством, под названием Гуань-цзы, озаглавлены «К вопросу о непреложных принципах» [Цзин-янь], а речь в них идет о способах обретения и применения власти. Перед иероглифом цзин часто стоит цифра, означающая количество принципов искусного управления государственными делами. В трактате Ханьфей-цзы, для примера, в разделе под заголовком «Восемь непреложных принципов» [Ба-цзин] приводятся правила управления государством. Этот термин к тому же применялся в текстах, авторы которых толковали базовые принципы любой практической деятельности⁷.