Иностранные войска, созданные Советским Союзом для борьбы с нацизмом. Политика. Дипломатия. Военное строительство. 1941—1945

Вопрос о сотрудничестве норвежских войск и войск Красной армии на поле боя впервые был поднят норвежской стороной в марте 1944 г. Министр иностранных дел правительства в изгнании Т. Ли, встречаясь 13 марта в Лондоне с послом СССР при союзных правительствах В.З. Лебедевым, отметил, что последний был немало удивлен предложением переправить в СССР из Швеции небольшую норвежскую воинскую часть («один батальон или, может быть, около одной тысячи человек»)[1791]. Очевидно, речь шла о символическом дружеском жесте Норвегии в адрес Советского Союза. Как сообщал посол Норвегии в СССР Р.О. Андворд министру иностранных дел Т. Ли, с наступлением мира Норвегии «лучше иметь прямой контакт с таким своеобразным и могучим социалистическим государством будущего, каким является Советский Союз»[1792]. Предложенная Советскому Союзу военная помощь не требовала от Норвегии больших затрат, тем более что предложенная переброска норвежского батальона из Швеции была возможна только по территории Финляндии, которую еще предстояло вывести из войны. Когда через несколько дней Лебедев передал Ли ответ советского правительства, что оно «охотно примет по возможности большее число солдат, несколько батальонов или даже целую дивизию»[1793], норвежский министр счел нужным напомнить советской стороне, что речь шла только об одном батальоне.

Очевидно, советская сторона не имела ничего против того, чтобы усилить свои войска, например на северном участке фронта (в Северной Финляндии), однако она понимала и символическое значение предложения норвежцев, «поскольку ничто так не улучшит отношения между нашими народами, как то, что они выступят в качестве братьев по оружию в борьбе против общего врага». В целом переговоры Т. Ли и В.З. Лебедева сформировали рамки будущего военного сотрудничества, в котором СССР в ответ на добровольный позыв Норвегии предлагал ей самой выбрать участок для боя и обещал «самое современное снаряжение, каким располагает Красная армия»[1794].

19 сентября 1944 г. было заключено перемирие между СССР и Финляндией, по условиям которого район Петсамо (Печенги), находившийся в составе Финляндии с 1920 г., отошел к СССР, так что у Норвегии и Советского Союза появился почти двухсоткилометровый участок общей границы, что еще более актуализировало для норвежского правительства задачу налаживания дружеских отношений. Между тем советская сторона после мартовских переговоров в Лондоне не проявляла видимого интереса к этому вопросу.

14 октября 1944 г. Т. Ли поручил послу в Москве Р.О. Андворду срочно выяснить позицию советской стороны относительно прибытия норвежской военной миссии и воинской части. Для ускорения дела предлагался не экзотический сухопутный маршрут из Швеции через Финляндию, а доставка морским или воздушным транспортом союзников в Мурманск. 18 октября Андворд был принят В.М. Молотовым. «Беседа прошла в необычайно дружеском тоне»[1795], и результатом ее стало принятие Молотовым всех предложений норвежцев.

После этого решение вопроса перешло в практическую плоскость. О предложении норвежцев было доложено заместителю начальника Генерального штаба Красной армии генералу армии А.И. Антонову, который поручил окончательные согласования и организацию прибытия норвежского отряда в Мурманск начальнику Отдела внешних сношений Управления специальных заданий Генштаба КА генерал-майору М.П. Кутузову[1796].

Наконец 6 ноября 1944 г. из Великобритании в Мурманск прибыл норвежский отряд в количестве 13 офицеров и 221 человек рядового и сержантского состава. На следующий день прибыла норвежская военная миссия в составе 38 офицеров и 10 рядовых. Всего прибыло 282 человека. 8 ноября 1944 г. отряд норвежских военнослужащих под командованием полковника А. Даля был передан в оперативное подчинение 14-й армии Карельского фронта[1797]. Морем он был переброшен в Петсамо, где был преобразован в роту и использовался для организации войсковой разведки советской 114-й стрелковой дивизии на территории Норвегии.