Институты и путь к современной экономике

В теории поведение на конкурентных рынках корректно собирает (агрегирует) информацию, но в случае институционализированных правил это не всегда так. Когда информация раскрывается через поведение в социальных взаимодействиях, процесс агрегирования информации зависит от превалирующего самоподдерживающегося поведения, которое, в свою очередь, зависит от доступной информации. Если, например, игроки убеждены в том, что фактор дисконтирования не может поддержать кооперацию в повторяющейся дилемме заключенного, они не будут кооперироваться и, следовательно, никогда не выяснят, что это не так. Хотя каждому известен его коэффициент дисконтирования, коэффициенты дисконтирования других не раскрываются ему в их поведении[115].

В ситуациях, в которых институты формируют поведение, люди мотивированы к получению релевантного публичного сигнала, т. е. социальных правил – также как в рыночных ситуациях у них есть мотив узнавать о ценах. На рынке каждый индивид заинтересован выяснить, каковы существующие цены, поскольку они обладают информационным значением. Говоря в целом, индивиды, взаимодействующие в ситуациях, в которых институты формируют поведение, имеют стимул выяснить преобладающие правила поведения, поскольку они отражают равновесие. Поэтому следование им является наилучшим ответом. При выборе образа действия и при формировании убеждений, относящихся к поведению других людей, индивиды реагируют на социально передаваемые правила, которые, по их мнению, поступают из надежного источника. Иной образ действий может оказаться затратным, а иногда его последствия могут даже стать необратимыми: едва ли представится много случаев выяснить, по какой именно стороне должен ехать индивид – по левой или по правой – и как другие будут вести себя на перекрестке[116].

Магрибские торговцы и немецкие купцы, чье поведение было исследовано в главах III и IV, не должны были решать математические модели, которые мы теперь используем для изучения их институтов. Кроме того, у них не было информации, необходимой для решения подобной задачи. И все же у каждого торговца или купца был мотив обучаться, и каждый руководствовался простым социально передаваемым правилом поведения, на которое он реагировал, основываясь на своих частных знаниях и информации. Использование теории игр полезно при изучении этой обратной связи, поскольку оно позволяет выявить реакцию индивида на общие – созданные социальными правилами – представления о том, как будут играть другие, а также ограничить множество этих убеждений так, чтобы они могли образовать равновесие.

Таким образом, мы можем понять, как институционализированные правила и сформированные ими убеждения дают большинству индивидов возможность, направляют их и мотивируют выбирать то поведение, которое обычно связывается с их общественным положением[117]. Индивид усваивает соответствующее поведение, поскольку другие члены общества определяют свое поведение исходя из общественного положения индивида. Если учитывать ожидаемое поведение других, лучшим ответом индивида будет поведение, которого от него ожидают другие[118]. Социально сконструированные характеристики (социальные позиции или общественное положение) имеют поведенчески значимые последствия, поскольку они определяют равновесное поведение и ожидаемое поведение[119].

Сила короля берется не от его армии, а из убеждения каждого члена армии в том, что любой другой будет подчиняться приказам короля и что лучшая реакция – тоже подчиняться. В ситуациях, когда институты формируют поведение, правила поведения являются одновременно предписаниями и описаниями; институционализация завершается тогда, когда поведение, связанное с институционализированными правилами, становится рутиной, обычным образом действий, воспринимаемым как данность[120].

Какая именно система распространения правил одержит верх, частная или социальная, и какая имеет больше шансов на это, зависит от структуры ситуации. Когда индивид, не знающий релевантных правил, создает для других внешний эффект, правила лучше распространяются социально через специальную публичную организацию. Поскольку общество не хочет, чтобы каждый новый водитель выяснял правила дорожного движения экспериментально, оно требует, чтобы эти правила устанавливались и распространялись определенной публичной организацией. Когда такого внешнего эффекта нет, правила с большей вероятностью распространяются в частном порядке, на основе имеющихся у индивидов стимулов изучать или передавать их. У магрибцев отцы учили своих сыновей соответствующим правилам. Когда институционализированные правила служат интересам особых социальных субъектов (родителей, государства, церкви, священников, руководства корпораций), именно эти субъекты будут работать над распространением правил.