Иосиф Бродский и Анна Ахматова. В глухонемой вселенной

СЕДЬМАЯ

А я молчу, я тридцать лет молчу.Молчание арктическими льдамиСтоит вокруг бессчетными ночами,Оно идет гасить мою свечу.Так мертвые молчат, но то понятноИ менее ужасно.Мое молчанье слышится повсюду,Оно судебный наполняет зал,И самый гул молвы перекричатьОно могло бы, и подобно чудуОно на всё кладет свою печать.Оно во всем участвует, о Боже!Кто мог придумать мне такую роль?Стать на кого-нибудь чуть-чуть похожей,О Господи! — мне хоть на миг позволь..И разве я не выпила цикуту,Так почему же я не умерлаКак следует — в ту самую минуту?.Нет, не тому, кто ищет эти книги,Кто их украл, кто даже переплел,Кто носит их, как тайные вериги,Кто наизусть запомнил каждый слог.Нет, не к тому летит мое мечтанье,И не тому отдам я благодать,А лишь тому, кто смел мое молчаньеНа стяге очевидном — написать,И кто с ним жил, и кто в него поверил,Кто бездну ту кромешную измерил.Мое молчанье в музыке и песнеИ в чьей-то омерзительной любви,В разлуках, в книгах…В том, что неизвестнейВсего на свете..Я и сама его подчас пугаюсь,Когда оно всей тяжестью своейТеснит меня, дыша и надвигаясь:Защиты нет, нет ничего — скорей..Кто знает, как оно окаменело,Как выжгло сердце и каким огнем,Подумаешь! Кому какое дело,Всем так уютно и привычно в нем.Его со мной делить согласны все вы,Но все-таки оно всегда мое.Оно мою почти сожрало душу,Оно мою уродует судьбу,Но я его когда-нибудь нарушу,Чтоб смерть позвать к позорному столбу.1958–1964. Ленинград

Приморский сонет

Здесь всё меня переживет,Всё, даже ветхие скворешниИ этот воздух, воздух вешний,Морской свершивший перелет.И голос вечности зоветС неодолимостью нездешней,И над цветущею черешнейСиянье легкий месяц льет.И кажется такой нетрудной,Белея в чаще изумрудной,Дорога не скажу куда…Там средь стволов еще светлее,И всё похоже на аллеюУ царскосельского пруда.1958. Комарово

Последняя роза

Вы напишете о нас наискосок…

И. Б.

Мне с Морозовою класть поклоны,С падчерицей Ирода плясать,С дымом улетать с костра Дидоны,Чтобы с Жанной на костер опять.Господи! Ты видишь, я усталаВоскресать, и умирать, и жить.Все возьми, но этой розы алойДай мне свежесть снова ощутить.1962Комарово

Иллюстрация — страница из журнала «Новый мир» со стихотворением Ахматовой «Последняя роза» и ее дарственной надписью Бродскому

Письма Бродскому[452]

1

20 окт. 1964

Иосиф,

из бесконечных бесед, которые я веду с Вами днем и ночью, Вы должны знать о всем, что случилось и что не случилось.

Случилось:

И вот уже славывысокий порог,но голос лукавый Предостерег[453] и т. д.

Не случилось:

Светает — это Страшный Суд[454] и т. д.