Ирландия. История страны

Другой конституционный вопрос возник в связи с положением Ирландии в ЕС. Ибо в ходе дискуссии о прокурорском запрете вспомнили о Римском договоре, согласно которому разрешается свободное перемещение людей в государствах Содружества. До вмешательства Верховного суда республиканские судебные органы, кажется, полагали, что могут контролировать поведение ирландских граждан внутри другой страны Содружества. Ситуация сложилась нездоровая, не прояснил ее и Верховный суд, постановление которого основывалось не на потенциальном нарушении законов ЕС, а на том, что здоровью матери может угрожать опасность.

В республике имелось еще одно «минное поле»: начались разговоры о продаже контрацептивов и создании советов контроля рождаемости. Закон разрешал продажу контрацептивов вразрез с запретом церкви, но только женатым парам. По этому вопросу снова разгорелся диспут между ирландскими феминистками и традиционно мыслящими католиками.

Феминистки, конечно же, одержали убедительную победу, вместе с профсоюзами и союзниками лейбористской партии. В 1990 году они избрали на пост президента Ирландии Мэри Робинсон. До своего избрания миссис Робинсон была известным юристом и членом сената от лейбористской партии. Никто не верил, что она победит кандидата от «Фианна Файл» Брайана Ленихана. Но Ленихана скомпрометировало втайне от него записанное интервью, и это помогло миссис Робинсон одержать победу. Впоследствии она уделяла особое внимание часто забываемому политиками вкладу женщин в развитие страны. Президентство не дало ей настоящей политической власти, но позволяло время от времени «гладить против шерсти» премьер-министра Хоги.

И вновь «неприятности» на севере

В начале 1980-х годов в тактике ВИРА произошли заметные изменения. Наряду с возрождением традиций республиканцев стали устраиваться голодовки протеста в тюрьме Лонгкеш в Белфасте. Голодовки якобы отстаивали право узников-«временщиков» на обращение с ними как с военнопленными; вскоре кампания набрала силу, и смерть нескольких молодых забастовщиков произвела сильное впечатление на общество. Самой знаменитой жертвой стал Бобби Сэндс, тайно писавший дневник во время голодовки.

Если голодавшие рассчитывали растрогать британское правительство, они потерпели неудачу, потому что премьер-министр Маргарет Тэтчер наотрез отказалась идти на уступки или брать на себя ответственность за смерти. Голодовки ни в коем случае не означали, что боевики ИРА отказались от насилия. 1979 год отмечен кровавыми терактами: в Уорренпойнте погибли восемнадцать британских солдат, а графа Маунтбеттена вместе с его спутниками убили во время катания на лодках. В 1981 году в Британии вновь начался террор ИРА, а в 1984 году боевикам едва не удалось покончить с Маргарет Тэтчер: в Брайтоне они подложили бомбу в отель, где миссис Тэтчер остановилась во время съезда консервативной партии.

Англо-ирландское соглашение

Может быть, под влиянием этого покушения Маргарет Тэтчер снова обратилась к ирландскому вопросу. В 1985 году она заключила важное соглашение с Фицджеральдом. Англо-ирландское соглашение предусматривало совместные консультации по таким вопросам, как безопасность, формирование британо-ирландского органа с постоянным количеством членов и размещение его не в Белфасте. Последнее условие разъярило юнионистов: они заявили, что это вмешательство иностранного государства в дела Ольстера. Стороннему человеку трудно понять глубину чувств юнионистов и их ярость, вызванную тем, что соглашение отнюдь не утверждало власть Соединенного королевства в Северной Ирландии.

Кампания против соглашения, развязанная юнионистами и вылившаяся в столкновения с Королевской ольстерской полицией, с треском провалилась. Тем не менее следует отметить, что некоторые политики, например Мэри Робинсон, посчитали необходимым выступить против соглашения из-за того, что британское правительство ранее не удосужилось проконсультироваться с юнионистами.

Словно забыли, что это соглашение содержало важное дополнительное условие: при стабилизации обстановки США и ЕС готовы были вложить в север крупные средства. Увы, соглашение не заставило боевиков ИРА сложить оружие. К 1992 году Гаррет Фицджеральд, инициатор соглашения, мучился сомнениями, не стало ли соглашение ошибкой и не зря ли возлагались надежды на серию инициатив тогдашнего государственного министра по делам Северной Ирландии Питера Брука: ведь многие надеялись, что диалог между юнионистами и СДЛП (Социал-демократическая и лейбористская партия) приведет к политическому урегулированию в Ольстере.

ИНОСТРАННОЕ ВЛИЯНИЕ