Исконно русская Европа. Откуда мы?

Поражает осведомленность авторов. Поляк Валишевский считает польскую национальную одежду азиатской! А Белинский, обильно сыплющий цитатками из классиков, его в этом поддерживает. Воистину, «многознание уму не научает»!

Как легко, однако, стать «европейцем». Стоит только сочинить себе историю подревнее, перейти с тюркского на язык индоевропейской языковой семьи (славянский) и принять католичество. И вот вы уже смело можете оплевывать вчерашних товарищей по ордам, обзывая их азиатами!

Однако европейский «макияж» не в силах скрыть тюркского прошлого и уже самое название поляков с головой выдает в них вчерашних половцев. Немцы, например, называли половцев falones (полонез). Чем не поляки? А разве «Полония» («Польша») не является синонимом Поля, по имени которого названы половцы и предки поляков – поляне (ляхи)? Вот и Войско Польское по своему названию аналогично Войску Запорожскому и Войску Донскому – порождениям того же Поля. А польско-украинский «гетьман»? Разве это не казацкий «атаман»?

Что касается одежды, то и она у поляков недалеко ушла от «азиатской». О зипуне, который на поверку оказался польским жупаном, уже говорилось. Посмотрим, насколько европейскими являются другие ее элементы.

Вот, например, портрет Станислава Антония Щуки (1709 г.) из серии так называемого «сарматского» портрета (рис. 16в). Этот шляхтич одет в типичную польскую национальную одежду того времени. На нем кунтуш, жупан, цветные сапоги, кушак, кривая сабля. Европейского в этом мало, если оно вообще есть. Самая настоящая «азиатчина». Именно так в то время одевались татары. Так что название «сарматский» для этого портрета – вовсе не метафора.

Еще один персонаж польской истории – Кшиштоф Збаражский (1580–1627). Этот вообще на европейца не похож (рис. 16а). Вылитый татарин. Даже разрез глаз монголоидный.

Татарином выглядит и такая известная историческая личность, как Януш Радзивилл (1612–1655) на рис. 16б.

Как видно, чем глубже в прошлое, тем больше поляки смахивают на обитателей Поля. В этом – особенность их этногенеза: со временем они теряют свою «половецкую» идентичность и европеизируются. Можно предположить, что одежда «древних» поляков вообще была неотличима от татарской, а знаменитая польская рогатывка (головной убор с разрезанным спереди отворотом) ведет свое происхождение от шапки ханского баскака (рис. 17).

Одежда еще одних обитателей Поля – казаков, также недалеко ушла от польской. Вот как одевались их предводители (рис. 18). Те же делия, жупан, кушак. На Богдане Хмельницком видна рогатывка.

А вот с европейской (рис. 19) польскую одежду не сравнить. Иной коленкор.

Несколько слов о европейской моде XVII–XVIII вв., тон в которой задавали французы. На ее формирование наложило отпечаток правление «короля Солнце» – Людовика XIV (1638–1715) и Тридцатилетняя война. Одежда мужчин того времени являлась подобием военного костюма. В моде были высокие кавалерийские сапоги с отворотами и шпорами (ботфорты), короткие плащи, наподобие мушкетерских, широкополые шляпы, украшенные перьями.

В XVIII в. Франция продолжала оставаться законодательницей мод. Однако на смену тяжеловесному и перегруженному излишествами стилю барокко в искусстве пришел стиль рококо. Он и определил новые веяния в одежде.

Кшиштоф Збаражский;

Януш Радзивилл;

Антоний Щука

Рис. 16. Одежда польской знати

Рис. 17. Баскаки. Картина С.В. Иванова

Рис. 18. Портрет Богдана Хмельницкого

Рис. 19. а) французская одежда XVII в.;

Рис. 19. б) французская одежда XVIII в.

Уже в эпоху регентства Филиппа Орлеанского при малолетнем Людовике XV (1715–1730) стал складываться образ галантного кавалера, посвятившего жизнь погоне за удовольствиями. Тяжелые ботфорты сменяются легкими туфлями. Легким, изящным, более простым и удобным становится костюм. Вместо парчи и бархата в одежде используются легкие шелка.

Свой вклад в историю костюма сделала и Англия. В XVIII в. в Лондоне возник свой стиль, которому подражали даже в Париже. В среде мелкого английского дворянства появляются фраки и рединготы – одежда, ставшая уже классической.

Все эти перипетии не коснулись польской одежды. Единственное, о чем можно упомянуть справедливости ради, так это о польском платье для модного танца полонез с драпированными спинкой и юбкой, которое, видимо, переняв у поляков, стали носить в Западной Европе с 1760 г.

Забавно слышать обвинения в «азиатчине» от самых что ни на есть «азиатов», коими, конечно же, являются поляки – бывшие половцы, перешедшие к оседлому образу жизни. Сейчас, конечно, поверить в это трудно, но еще в начале XIX в. помнили, что «поляковать» и «казаковать» означало одно и то же – разбойничать в Поле, т. е. быть «половцем».