Искусство под градусом. Полный анализ роли алкоголя в искусстве

(Если вы вдруг захотите блеснуть знаниями, скажите, что в древнегреческом языке правильно было говорить Диóнис, с ударением на второй слог. А в современном русском можно сказать и Диони́с. Оба варианта возможны.)

Инеас, в общем, приготовил вино, и вино древние греки называли «инос», в честь создателя.

Вот такая легенда. Вообще легенд о происхождении вина десятки, но мы в них не верим, а считаем, что виноградная лоза – загадка. Что существовала она всегда и была изначальной, как бог, как мысль о боге, как пространство и время. Тут думай не думай, все равно рано или поздно упрешься в бесконечность.

Примерно так же считал Платон. В шестой книге «Законов» он спрашивает у критянина Клиния: «Следует ли давать веру преданию, что некогда было время, когда неизвестная дотоле виноградная лоза появилась на свет?» Платон преданию не доверяет, а думает, что виноградная лоза росла уже в самые ранние, самые отдаленные времена. Не может такого быть, что когда-то не было винограда.

Ну, если Платон так рассуждал, то мы, мелкие мошки, тоже сомневаться не будем. Будем лучше воспевать вино, награждать его эпитетами, как Гомер: черное, красное, сверкающее, приятное для мозга, сладкое, как мед.

Будем собирать виноград по совету писателя Гезиода: когда Орион и Сириус находятся посередине небесного свода, а Арктур восходит. Грозди будем держать десять дней на солнце и семь – в тени, чтобы получить настоящее, крепкое вино и опоить им циклопа, как это сделал Одиссей.

Чего туда только не добавляли: оливковое масло, золу виноградной лозы, глину, миндаль, изюм, кедровые орехи, укроп, молоко, морскую воду.

Вино получалось сладким, почти приторным, густым. Благодаря высокой концентрации полезных веществ его успешно применяли в медицинских целях, но пить эту мешанину неразбавленной было сложно. Да греки и не любили напиваться, в отличие от скифов и фракийцев. Те пили неразбавленное вино, пьянствовали – одним словом – варвары. Геродот даже использовал глагол – пить по-скифски.

Нам бы немного древнегреческой мудрости, совсем чуток – скольких недоразумений можно было бы избежать. Не знали бы мы тогда, что такое пьяная драка, не блевали бы мимо унитаза, не просыпались в состоянии ужаса и беспамятства. Если бы все наши вечеринки, корпоративы, междусобойчики, попойки – все организовывать так, как греки организовывали свои симпозиумы, какая жизнь настала бы тогда.

«Симпосий» переводится как «пир». Пир – осознанная, хорошо продуманная, важная часть жизни древнего грека. Простите греков, дорогие женщины, но участвовать в симпозиумах могли только мужчины, да и то – высокого социального класса. Женщины присутствовали на этих собраниях лишь в качестве гетер, но гетеры были хорошо образованы, умели танцевать, играть на музыкальных инструментах и петь.

На фреске в «Гробнице ныряльщика», найденной в городе Пестум в 1968 году, запечатлены пирующие. Все как с обложки: полураздетые, мускулистые, с аккуратно постриженными бородками. Они лежат, а точнее, возлежат, на специальных креслах – апоклинтрах. Апоклинтры так удобно устроены, что никаких лишних движений делать не нужно: расслабься и думай о великом. В комнате – от семи до пятнадцати лож, рядом с каждой – маленький столик. На головах мужчин – венцы, под локтями – подушечки.

Собрания начинались вечером. Чем там занимались, как коротали время: шутили, читали стихи, обсуждали политические и философские вопросы. В общем-то, алкоголики у метро занимаются тем же самым, но они не играют «коттаб». Специальное блюдо «коттабий» ставили на подставку или пускали плавать по воде. Задача играющих – выплеснуть недопитое вино на блюдо по максимально круглой траектории, с максимально громким всплеском.

Пропорции, по которым вино разбавляли водой, определял организатор симпозиума, он же – симпосиарх. Также его задачей было придумывать темы для бесед, приглашать гетер и следить за тем, чтобы никто не напился. Вино из большого сосуда – кратера черпали сначала кувшинами, процеживали, добавляли гвоздику для пущего аромата и далее уже разливали по персональным чашам.

В дым никто не напивался, но и уйти с пира трезвым – не очень хорошо. В пьесе «Дионис» греческого поэта Эбулоса выведено, можно сказать, золотое правило проведения симпозиума: