Искусство шпионажа: Тайная история спецтехники ЦРУ

Но еще хуже приходилось инспектору, непосредственно контролировавшему работу Холмса; он был полной противоположностью блестящему, но безалаберному инженеру. Волею случая эта пара работала вместе, это было забавно и печально одновременно. Доведенный в конце концов до отчаяния, инспектор попросил Форда принять его. Он больше не мог всего этого выносить.

Форд сказал инспектору: «Вы лучший руководитель подразделения, но если завтра утром у вас что-то случится, то уже днем найдут, кем вас заменить. Но если я потеряю Холмса, я никем не смогу его заменить. Прошу вас, найдите решение, чтобы работа не страдала».

После долгих размышлений у Форда возникла идея. В противоположной части комплекса ЦРУ, где размещались помещения OTS, было несколько сейфовых хранилищ размерами с комнату, построенных специально для громоздкого секретного оборудования, которое не помещалось в стандартные кабинетные сейфы. Эти комнаты были без окон, имели стальные сейфовые двери, хорошие освещение и вентиляцию. Форд переместил стол Холмса и все его оборудование в одну из таких сейфовых комнат, сделав там его новый кабинет и лабораторию.

«Брайан был счастлив, – рассказывал Форд. – Теперь весь его хлам был раскидан повсюду на столах и вокруг них. Но он знал, где и что находится. И это вполне его устраивало. В конце дня он не должен был прятать что-то в сейф, ему оставалось только закрыть за собой сейфовую дверь. Естественно, я всегда давал указание, чтобы кто-то проверил его кабинет».

Для Форда неаккуратный Холмс принадлежал к той редкой и драгоценной категории инженеров, которых он про себя называл «гениальными выродками». «Такие люди были бесценны для нас, мы настойчиво приглашали их работать в ЦРУ и затем давали достаточно свободы творить чудеса. Одной из моих задач было найти таких уникальных специалистов и убедить их работать на OTS, а затем заботиться о них».

Поиск, оформление и обеспечение этих талантливых инженеров и ученых стали главной задачей Форда в ЦРУ. После Второй мировой войны, а затем во время холодной войны ценность спецтехники в мероприятиях разведки постоянно росла, поскольку аппаратура становилась меньше и все более удобной для камуфлирования. «И здесь наука стала настоящими руками разведки. Мы находимся в состоянии важной и ответственной конкуренции с научными разработками Варшавского блока и особенно с советской наукой, и мы должны любым способом сохранить лидерство, – писал Аллен Даллес в начале 1960-х гг. – Возможно, что однажды у нас получится разработка, столь жизненно важная, как радар для Великобритании в 1940 г.»{324}.

Многие разделяли оценки Даллеса, касающиеся важности спецтехники шпионажа и тайной войны, в том числе профессор Массачусетского технологического института Вэнивар Буш. Во время Второй мировой войны Буш был председателем Национального комитета по оборонным исследованиям – той самой организации, в которую был принят на работу Ловелл и из которой в конечном счете появилась OTS{325}.

В конце войны мысли профессора Буша уже далеко опережали свое время, именно тогда он писал свой, опубликованный в июле 1945 г. в Atlantic Monthly, оригинальный трактат «Как мы мыслим» (As We May Think) о науке и способах мышления. Способность Буша проникать в суть проблемы позволила ему сделать абсолютно верный прогноз: «Мир развился настолько, что способен создавать дешевые и в то же время сложные устройства, и с уверенностью можно утверждать, что вскоре мы станем свидетелями появления невиданных ранее устройств».

Вот выдержка из работы «Как мы мыслим»:

«Типичное устройство будущего, предназначенное для индивидуального пользования, будет представлять собой нечто, напоминающее частный архив и библиотеку, автоматически обработанные специальными машинами. Если ему необходимо название, то можно наугад назвать его как Memex – устройство, в котором человек хранит все свои книги, отчеты и контакты, и которое обладает большими гибкостью и скоростью. Это будет лучшее дополнение к возможностям человеческой памяти».

Memex Буша – это персональный компьютер XXI века, хотя многие его прогнозы сбылись и в сотовых телефонах, и в смартфонах, и в ноутбуках и даже в Интернете – во всем, что дополняет возможности нашей памяти.

Во втором документе, написанном в это же время для президента Рузвельта и названном «Наука без границ. Доклад президенту» (Science the Endless Frontier: A Report to the President), Буш утверждал, что наука – это главный ресурс Соединенных Штатов как в мирное время, так и во время войны: