Исламский этикет. Мусульманские традиции в семье, общении и бизнесе

Но для зрителя или читателя такой ход вполне приемлем. Тут же сюжет, любовь-морковь и прочие дела. Однако нужно учитывать реальную жизнь. С шариатскими законами это совсем не стыкуется. Наоборот, противоречит им. Вот, например, старик Хоттабыч в известном произведении так чудит, что волосы дыбом встают. То заставляет бедного соседского мальчика-хулигана говорить на собачьем языке, то по велению своего хозяина улетает на ковре-самолете, пренебрегая всеми правилами безопасности, то отодвигает футбольные ворота соперника, делая их шире, чтобы команда забила заветный гол. Хоттабыч – самый натуральный джинн. Делает, что хочет сам или что велит его хозяин.

Но, по правде сказать, большинство из нас хотели бы иметь личного джинна для «сбытия мечт», а мечт у нас очень много. Однако дело в том, что люди предпочитают, чтобы их работу выполнял кто-то другой, а не они сами. Тут ничего не поделаешь, такова природа человека.

В нашем воображении и фантазиях джинн – существо, которое может принимать разные образы и формы. Может стать Мальчиком-с-пальчиком, а может затмить своими габаритами целое море. То есть это некая биомасса, вернее, газообразное существо, но может исполнять человеческие желания, поскольку умеет думать и решать дела. Джинн может быть капризным, грустным, печальным или веселым. Он похож своим поведением на человека. Это ангелы недосягаемы для простых смертных, а вот с джиннами (как мы видим по сказкам) мы можем пообщаться. «В тебя что, джинн вселился?» – спрашивают у человека, чье неадекватное поведение вызывает не только вопросы, но и знойное раздражение.

Одним словом, это слишком сложные материи, чтобы сделать какие-либо выводы относительно джиннов. Да, они есть. Да, это Божьи создания. Значит, это для чего-то нужно и важно. В исламе все от Всевышнего, а если даже что-то кажется вам случайным совпадением, это тоже произошло по Его воле.

Мусульмане считают, что в этом мире есть ангелы, которые записывают хорошие и плохие дела, и есть джинны – огнеподобные существа без дыма. Причем джинны сами выбирают, какими быть – добрыми или не очень. Джинны общаются между собой, а о чем они там договорились, нам неведомо. Самый известный нам джинн – Маймун из сказки про Аладдина и волшебную лампу, который жил в лампе и исполнял желания своего хозяина. Но если с джиннами еще как-то можно найти общий язык, то с Иблисом, которого проклял Всевышний, уже не договориться. Иблис творит плохие дела, нашептывая людям на ухо вещи, сбивающие с пути истинного. А кто часто упоминает имя Аллаха, тому никто не страшен!

Еще надо упомянуть Иблиса – первого шайтана из джиннов. Иблиса до того, как он ослушался Всевышнего, звали Харис. Имя «Иблис» можно перевести как «безысходность», «безнадежность», «отчаяние». Очевидно, поэтому в исламской традиции эти состояния (как и тоска) считаются тяжелейшим грехом. Скорее всего, так повелось потому, что в нынешние не самые светлые времена внимание человека больше направлено на Иблиса, чем на Всевышнего. Иблис берет над человеком власть, проникает в его сознание и управляет его чувствами, играет настроением. Если же человек чаще вспоминает о Боге, то у него в голове нет места грустным мыслям и депрессии.

Так вот, Иблис восстал против Господа и сейчас творит, что пожелает. А его пожелания и делишки весьма негативные. То он людей подталкивает к греху тысячью способов, то вводит в заблуждение, то провоцирует на нарушение норм общественной морали. Это такая его прерогатива – сбивать людей с истинного пути.