Историческая хроника Морского корпуса. 1701-1925 гг.

Учреждая Навигацкую школу, Петр I по опыту зарубежных военно-морских учебных заведений надеялся, что она станет очагом культурной жизни российского общества. В 1701 году по его приказу специально выписали из Данцига группу актеров. Немецкие артисты в зале Сухаревой башни совместно с воспитанниками школы ставили спектакли и «светские комедии». На премьерах спектаклей нередко присутствовал и сам царь. Постановки смешанной театральной труппы пользовались в Москве большим успехом. Воспитанники-актеры театральной студии Навигацкой школы иногда позволяли себе в присутствии императора невинные розыгрыши. Однажды, обещая представить публике невиданное и неслыханное зрелище, они собрали в зале множество именитых зрителей, и вместо разрекламированного представления перед началом спектакля водрузили на авансцене плакат с надписью: «Первое апреля». Возмущенной публике, присутствовавшей в зале, царь в утешение пояснил, что это лишь «веселая театральная вольность».

Часть воспитанников Школы математических и навигацких наук жили в здании школы, часть – в наемных для них квартирах. Надзор за поведением и нравственностью учащихся граф Ф.М. Апраксин возложил на Л.Ф. Магницкого. Однако начиная с 1711 года, когда численность курсантов школы приблизилась к пяти сотням, в помощь профессору для наблюдения за школярами было велено выбрать, из учеников же, «десятских добрых людей, и всякому из них смотреть в своей десятке или отделении, чтобы школьники не пьянствовали и от школы самовольно не отлучались, драк ни с кем и обид никому не чинили».

За всякого рода провинности и нарушения дисциплины в школе применялись довольно тяжкие наказания и крупные денежные штрафы. Инструкция предписывала «учиться не леностно; а которые обучаться будут лениво и другие всякие предерзости чинить, таких наказывать: бить батогами; а которые явятся в разбое и буянстве, и в других важных воровствах, таких отдавать к гражданскому суду, куда надлежит». Правда, учитывая юный возраст школяров, батоги заменялись иногда розгами или кошками К Один из историков прошлого столетия замечает по этому поводу: «Выносить нещадные наказания, нельзя отрицать, было больно, но отнюдь не стыдно, потому что могли сечь и учителей». Этот факт являлся некоторым утешением для провинившихся воспитанников.

Таким образом, любовь к овладению знаниями прививалась поркой. Слова «бить» и «учить» всякий недоросль, попавший в Навигацкую школу, воспринимал тогда как синонимы.

Осенью ежедневно в учебное заведение привозили столько заготовленных розог, что школу можно было скорее принять за предприятие по изготовлению плетеных корзин и изделий из лозы. Тонкие, гибкие ивовые прутья складывались в просторном подвальном помещении Сухаревой башни, прозванном курсантами «крюйт-камерой[6]». В ней же происходили ежедневные экзекуции. Правый угол подвала разделялся перегородками на небольшие штрафные камеры, где отсчитывали часы и дни посаженные под замок. Секли за малейшую провинность, а более всего – за нежелание учиться.

За неявку на занятия, или, как тогда говорили, «неты», на курсанта накладывались большие денежные штрафы, взыскиваемые с виновных очень строго. В случае неуплаты брали у провинившегося его «холопей» и били на правеже по ногам до тех пор, пока владелец холопа не найдет денег для уплаты за свой прогул и не выручит таким образом своего раба.

В случаях отсутствия у прогульщика крепостных брали на правеж его самого и били, пока родные не вносили штраф или товарищи не складывались и не платили за него требуемой штрафной суммы. Законы и нравы того далекого времени были грубы и жестоки.

Занятия в Навигацкой школе зимой начинались в седьмом часу, а весной и летом – в шестом. После завтрака и общей молитвы воспитанники расходились по классам, садились по своим местам «со всяким почтением и всевозможною учтивостью, без всяких конфузий, не досадуя друг другу». Почтение и учтивость также вбивались в учеников проверенными старинными методами. В каждом классе обязательно присутствовал дюжий дядька – солдат, коему было велено самим царем «иметь хлыст в руках, а буде кто из учеников станет бесчинствовать, оным хлыстом бить не смотря какой бы ученик фамилии ни был, под жестоким наказанием, кто поманит», то есть будет потворствовать.

Одной из последующих своих инструкций Оружейная палата обязала педагогов Навигацкой школы являться на уроки вовремя и обучать «всему, что к их чину принадлежит, со всяким прилежанием и лучшим результативнейшим образом», при этом «ничего с учеников не брать, не прямым ниже посторонним образом, под штрафтом вчетверо оное возвратить». В случаях если педагог все-таки соблазнялся взяткой и бывал в этом двукратно уличен, то подвергался «телесному наказанию».

По первоначальному замыслу Петра I Навигацкая школа должна была являться учебным заведением, дающим общее специальное теоретическое образование его воспитанникам в преддверии второго, заключительного этапа подготовки отечественных морских специалистов – плавания на иностранных морских судах.